Мужики ржали, а женщины уверенно краснели... Остров остался далеко позади, а день уже подходил к концу. Небо на горизонте тоже начинало краснеть и коллектив принял решение переночевать в ближайшем городе, чтобы во тьме не наскочить на рифы. Как раз, в это время, справа на траверзе показался город "Акулий плавник", в простонародье именуемый "Скопидомском". Название настораживало, особенно второе, но, значение этому решили не придавать. Отшвартовавшись на рейде, а не у стенки пирса, товарищи поняли, почему уверенно превалирует название Скопидомск - нормальной стоянки у берега не было. Ни пристаней, сколь-нибудь пригодных для швартовки, ни стенок, ни бочек... В таверне "Мегалодон", в которую отправились приключенцы, заправлял всеми делами хозяин - старый орк Орхоунд, у которого нижняя челюсть была массивная, как ковш у экскаватора, с четырьмя торчащими зубами. Складывалось такое впечатление, что он сам, ископаемой акуле, откусит не только голову, но, вместе с ней, зачерпнёт половину отложений палеоцена. В этот вечер Дроуту было с кем поговорить, чему он несказанно обрадовался. После того, как они опрокинули по паре литров национального крепкого напитка, разговор между ними принял возвышенный характер - начавшись с родных стойбищ, а закончившись мифологическими персонажами. Посетовали, между делом, на судьбу и вспомнили тех, кто, якобы, ей заправляет. Грог, прислушиваясь к разговору, услышал знакомые буквы и машинально спросил Орхоунда:
- Кто?
- Мойры - прядильщицы судьбы. У кого-то они Парки. Одна прядёт нить судьбы, другая обрезает...
- Тьфу ты! - возмутился Авантюрист. - Понапридумывают чертей. Одна плетёт лапти, другая дерёт лыко и замачивает, а третья отрезает от лаптя всё лишнее...
Он оставил собеседников предаваться взаимным любезностям, а сам присоединился к остальной компании. Вечер постепенно переходил в ночь, и как Грог оказался в своей каюте, уже не помнил.
...
Второй сон Эллимы.
В эту ночь ей снились сказочные города, все усыпанные сиреневым цветом. Цветы были повсюду: росли на деревьях, стояли на подоконниках домов в сиреневых вазах и сыпались прямо с неба. Лепестки раздувал ветер, гоняя их по улицам; задувал в открытые окна и осыпал влюблённых на берегу реки. В рот ротозеев перепадало изрядное количество цветочной пыльцы, но, они не желали покидать сказочные улицы.
...
Утро выдалось туманное и, с выходом в море, пришлось подождать. Туман стоял настолько плотной стеной, что сама мысль о начале похода казалась невозможной, во всяком случае, на ближайшее время. От вынужденного безделья Авантюрист пытался ознакомиться с той лоцией, которая имелась в наличии. В ближайшей перспективе, впереди ожидалась целая плеяда небольших поселений, с правом носить статус городков, но, как всегда - ничего определённого в приложениях не указывалось. Пинк крутился рядом, пытаясь выудить у Авантюриста сведения, которых не было. Гном с любопытством заглядывал через его плечо и наконец не выдержал, спросив:
- Грог, а какими картами пользуется наш штурман?
- Да он, по-моему, не только их в глаза не видел, но даже не знает, что это такое. Про секстант, я и не упоминаю - штурман астролябию никогда не видел...
- А как же мы плывём? И что это за карты?
- Плавают фекалии в проруби, а корабли ходят! Ты лучше спроси, зачем мы его вообще наняли, раз в море не рассчитывали выходить. А карта у нас общая, та, которую Рэндор в Кентавре достал.
- А если на мель сядем? - насторожился Пинк.
- Главное, на рифы не налететь! - озабоченно ответил Грог, пытаясь выглядеть в туманной пелене проблески ясной погоды. - К тому же, карты глубин, нет даже у профессионального королевского штурмана, который базируется в столице. Лоция - дело такое! Кто в диких местах будет заниматься промером глубин? То-то и оно! Хочешь картографией заняться - поднимай аэростат. Вот только нам это зачем? Берег и так видно.
Неожиданно вернулся Рэндор и сообщил, что отсюда есть короткая дорога к месту назначения. Об этом ему сообщил его давний соглядатай, но, он так же сообщил и то, что по ней уже давно никто не путешествовал. На разведку решили пойти небольшими силами, оставив, помимо команды, как минимум, Борна - для охраны корабля. "Дорога безысходности" оказалась сильно заболоченной, а вдоль неё тянулись бесконечные солончаки, образовавшиеся от переизбытка соли, попавшей в почву, вероятно, вместе со слезами. Строго говоря - дороги вообще никакой не было. Она даже на тропку не тянула. А в сотне метров дальше начинались вообще непроходимые болота.
- Профессиональных плакальщиц, наверное, поить устали, - зло сказал Грог, стряхивая с сапог просоленную землю. - Кого по этому тракту водили?
Рэндор пожал плечами и предположил:
- Ну, если путь вёл на кладбище - тогда понятно кого. И не водили, а носили.