Баталер вчера устроил генеральную уборку в своем кубрике и подконтрольном хозяйстве. Сдал в переработку гору обломков и успешно обменял свой трофейный пернач на зачарованный «Изгнанием скверны» именной клевец, а шипастый шлем крысобеса на более продвинутую защиту головы с прибавкой к лидерству и сопротивлению скверне. Клевец появился по умолчанию, моя помощь в выборе не требовалась. Шлем прислали немедленно, выглядел он просто шикарно и распалил азарт всей честной компании. Трудились мы на сухую, но давненько такого накала страстей не видел, спортбары во время чемпионата мира отдыхали. Наставник одернул лезущих с непрошенными советами дружинников, на остаток ресурсов взял себе наруч адепта и успокоился.
Нацеливаясь на именной меч, Пабло отправил мастерам превосходный стальной фальшион с мешком ценного сырья, но никак не мог выбрать между списком дополнительных чар. Не иначе, как за особые заслуги коменданту система управления предлагала усилить личный кладенец чарами «Изгнания скверны», либо «Священного пламени», или же любопытным свойством Присвоения навыка. Или еще более любопытным эффектом «Хрупкие кости». Мелкие плюшки в виде повышенной прочности, шанса критического удара, усиленного физического урона и так далее им даже не рассматривались.
Военачальник поломал голову, помотал нам нервы, в итоге взяв стандартное «Изгнание». Ну и правильно, он этим заклинанием владел на высоком уровне, а вложенные в оружие чары работают с оглядкой на владельца. Мастера обозначили срок исполнения заказа в два дня. На сдачу комендант взял латную перчатку мечника на рабочую правую руку. Помимо непревзойденной защиты, предмет повышал критический урон, игнорируя броню противника.
Остатки эквивалента комендант потратил на три стандартных оберега, бронзовый нагрудник с печатью отворота скверны и модные штаны-карго с наколенниками и вместительными карманами.
Отметил, что мне оберег достался за чуть меньший эквивалент, чем Пабло. Навык Торговли у него должен быть развит хорошо, следовательно, дело в отношении с мастерскими. Будем крепить!
В финале процесса Пабло процитировал классику весьма близко к оригиналу: «Ты, Борис, правильный военный!». Видимо, это был восторг. Признал за человека, едрить его мать!
Тем временем, нетерпение остальных посетителей грозило захлестнуть алтарный зал.
— Так, мужики, надо поработать с контингентом, — комендант выразительно посмотрел на нас с Петровичем. В связке у нас отлично получалось: Баталер знал, что следует выбрать, а я просто умел это делать.
— Пабло, родное сердце, у меня своих задач полно! — возмутился новым обязанностям он.
Допустим на сорок, ну, пусть тридцать оставшихся сегодня подходов потратить по минуте-другой на каждого, уже приличный удар по рабочему графику. Если еще выяснять предпочтения, вести учет, мозги запросто вскипят от объема информации. За полчаса я минимум три оберега-заготовки чарами наделю. С фокусным камнем работа ускорилась и упростилась, но я предпочитал делать все основательно. Вот только уперся в потолок творческого потенциала. Поэтому пляшем дальше!
— Моим — поможешь, — надавил на Николая Петровича Пабло, — Остальным — как совесть позволит!
На этом комендант с дружинниками нас покинул, а в комнату ворвалась зевающая Алия, распространяя редчайший в наших краях запах парфюмерии и высокомерно игнорируя наше общество. Как и в прошлые разы, целительница не стояла на лестнице вместе с простонародьем, а появлялась, когда ей удобно и лезла без очереди. Поэтому не знала, что появилась возможность выбора божественных даров.
Медичка самостоятельно получила повышение Хирургии и развернулась к выходу, но Петрович с каменным лицом перегородил ей выход. Заметив у него на голове повязку Адепта, тоже надел, гадая, как именно Наставник собирается проучить стерву. Моя помощь не потребовалась.
— Как это понимать? — она уперла руки в боки и немедленно попалась.
Баталер ответил не словами, а отправил магический импульс-пощечину. Испуганно вскрикнув, Алия отшатнулась. Защититься она не смогла.
— Что это? — истерично воскликнула магичка, — Ты охерел, таракан усатый?
Арсенальный владыка одарил ее глумливой улыбочкой и открыл дверь с прозрачным намеком побыстрее избавить нас от своего присутствия. Что та и исполнила, держась обеими руками за голову.
Алию сменил дежуривший под дверью Матвей, который фамильярно обратился к Петровичу за разъяснениями по сегодняшнему кипишу. Тревога за свои доходы была написана на роже Матвея крупными буквами. Он был незамедлительно послан в жопу своей мамки-шлюхи с пожеланием втянуть за собой дырку. Наставник сегодня жег как дуговая сварка, не взирая на пол, положение и былые заслуги. Наблюдая эти короткие сценки, внутренне ликовал, сохраняя покерфейс. Мои недоброжелатели получили смачного пенделя. Я на коне — они в дерьме! Ладно, пока только в непонятках.
— Никогда не смотри ей в глаза, Борис, — предостерег меня Петрович, — Когда она мой глаз лечила, закинула мне в мозг кой-какую дрянь. Долг платежом красен!
