Мне, может, и было бы интересно, почему не серая кожа, как накануне, но точно не сейчас.
— Ешь! — сунул Алево мне серебряное блюдо. Но тут организм взбунтовался.
— Нет! — скрутило так резко, что я двинула рукой по краю тарелки, и она улетела, теряя содержимое по пути. Я сделала это не нарочно, но, однако, замерла в ожидании наказания.
Но Алево лишь покосился на рыжего и Хоуга и, убедившись, что они заняты беседой и не заметили этого моего невольного взбрыка, просто рыкнул:
— Выходим!
За этим последовал уже знакомый мне мелодичный свист, и спустя несколько минут появился Грегордиан. Все выстроились в уже привычный порядок, и мы двинулись вперед. Несмотря на полное внутреннее опустошение, тело по-прежнему было полным сил и подступающей к коже энергией. Казалось, стоит мне подпрыгнуть, смогу помчаться дальше, как упругий мячик. И это состояние бурлящей в моей плоти жизни составляло резкий контраст со все разрастающимся каким-то омертвением сознания и чувств. Мы шли много часов без остановки, и я не ощущала усталости. Не хотелось есть, спать, не мучала жажда. Не интересовал пейзаж вокруг и то, как он меняется с каждым часом пути. Все что я видела — это широкая спина Грерогдиана передо мной и цепкий взгляд Алево, если оборачивалась. Оттенок солнечного свет изменился, намекая на близкие сумерки, когда мы вышли окончательно из густого кустарника, в который незадолго до этого превратился лес, на равнину, сплошь покрытую ковром растительности насыщенного салатного цвета. Внешним видом она тоже напоминала съедобную зелень — широкие мягкие листья, вот только толстые и мясистые, в отличие от земного салата.
— Болота! — рыжий и Хоуг выглядели по-настоящему счастливыми.
Поверхность, открывшаяся перед нами, не была совсем ровной. На ней повсюду виднелись кочки, кое-где поблескивали маленькие озерца открытой воды. Разглядеть слишком далеко вперед было невозможно из-за туманной дымки, которая, начинаясь в нескольких сотнях метров от края болота, полностью скрывала перспективу.
Никто не стал останавливаться и отдыхать. Грегордиан оглянулся на меня, будто оценивая состояние, и, сделав, очевидно, свой вывод, приказал:
— Идешь точно за мной! — Развернувшись, он шагнул в салатную зелень, которая тут же с влажным звуком смялась под его ногой.
— Делаешь именно то, что он сказал, голем! — прошептал Алево прямо мне в затылок, и волосы защекотало его дыхание. — Ступаешь точно в его следы, ни полшага в сторону!
