Номера, как таковые, ими не являлись, просто внутренний двор состоял из несколько павильонов, отделенных друг от друга невысокими бамбуковыми перегородками и расположенных вокруг прудика с искусственным мини-водопадом в центре. Обстановка располагала к неспешной беседе за чаем под журчание воды и тихую нежную мелодию гуциня в паре с флейтой где-то в глубине двора.
Я ожидала официанта, чтобы сделать заказ, а девчонки удалились в «соломенную хижину». Наискосок от нашей беседки (сразу я их и не заметила — так мечтала присесть и вытянуть гудящие от усталости ноги) разместилась компания мужчин, к которым спешил паренек-подавальщик с пустым подносом — видимо, за расчетом.
Я лениво проследила за ним глазами, поэтому увидела и услышала разгоревшийся там скандал. Что точно произошло, от моего взора ускользнуло: то ли парень споткнулся, то ли гостям что-то в его поведении не понравилось, но блеск меча над головой оказавшегося на коленях служки и его крик ужаса заставил меня подскочить и в два шага оказаться рядом.
Картина маслом: три мужика с перекошенными рожами и оголенными мечами стоят над сжавшимся от страха парнем, и в глазах читается их явное желание убить несчастного. На меня был брошен полный гнева взгляд ближнего мечника и резкое «Не лезь!» на японском.
«Вот те раз» — подумала я и по инерции заговорила на нем же:
— Не делайте глупостей, господа! Убийство жителя империи в столице, недалеко от дворца императора, вряд ли пойдет на пользу межгосударственным отношениям! Остановитесь, прошу вас! Уверен, мы сможем разобраться в том, что случилось, без лишнего кровопролития! — и поклонилась со всем возможным смирением в традициях Страны восходящего солнца, даже не задумываясь о собственной безопасности.
Потом я поняла, что нас с парнем спасла внезапность моих действий и японская речь, которую гости никак не ожидали услышать в этом заведении. Даже хваленое хладнокровие мечников-островитян спасовало перед моей отчаянной смелостью: на меня посмотрели удивленно и с явным интересом.
— Откуда тебе известен наш язык, мальчик? — не опуская смертоносный клинок, спросил самый ближний ко мне воин. Он только слегка повернул голову в мою сторону, что я смогла заметить, немного подняв глаза, но не изменяя почтительной позы.
— Ты знаешь его? — Мужчина кивнул на стоящего слугу.
— Нет, господин! Я просто посетитель, как и вы. Но не хочу проблем для вас, как и смерти для него. Простите и позвольте помочь разобраться в том, что случилось. Прошу вас, уберите мечи! Пожалуйста! — и склонилась еще ниже.
Спустя томительные секунды, минуты, часы — время замерло, как и я — меч над головой парня был отведен в сторону, как и остальные, и мужчины отступили вглубь беседки.
Я распрямилась и выдохнула, а слуга свалился кулем на пол.
— Спасибо, господа! — искренне поблагодарила воинов и снова поклонилась. — Прошу вас, скажите, чем этот слуга оскорбил вас?
Они были похожи на самураев, но без характерных для этого сословия моей истории причесок. То есть, волосы в пучки собраны, но выбритой полосы ото лба к затылку я не увидела: просто зачесанные кверху гладкие черные пряди, обвязанные кожаным шнурком. Одеты в кимоно и хакама, вооружены парными мечами. Не бедно, но без вычурности. Лица темные, с маской безразличия и надменности.
— Он подал нам холодный чай! Это непозволительно и грубо! Мы гости, и мы платим! Так в империи демонстрируют гостеприимство?
Не буду вдаваться в подробности, но конфликт мне удалось погасить до того, как вернулись мои девочки. Уж точно — их задержка была устроена небесами. Короче, дело было в элементарном недопонимании, проистекающем из разницы вкусовых пристрастий и национальных особенностей чайной церемонии.
Оказалось, что в жару в этой чайной гостям вначале подавали холодный зеленый чай с охлажденными закусками, а потом уже — обычный или специально приготовленный по заказу горячий. Объяснить этот ньюанс парень-официант и не смог, и не успел. И если бы я не вмешалась, лишился бы или руки, или головы.
Удивительно, но, несмотря на иной мир, мой японский позволил договориться с гостями, прояснить ситуацию, свести к минимуму взаимные претензии и разойтись полюбовно. Пришедший в себя подавальщик поспешил на кухню за основным заказом и бонусом от хозяина, слушавшего, оказывается, наш диалог из-за угла, японцы сменили гнев на милость и приступили к трапезе, а я вернулась за свой стол, где уже сидели девчонки, пропустившие веселье. Хозяин лично принес наш заказ и молча положил передо мной небольшой сверток, глазами показав, что благодарит.
Шеньки ничего не спрашивали до самого дома, где я смогла пересказать лайтовую версию инцидента. Вряд ли поверили, но выяснять подробности не стали. Вот и славно! А презентом от трактирщика стали вкусные миндальные печенья — его фирменное блюдо.
Уходя, японцы попрощались со мной легким поклоном. Спасибо, что не заговорили!
