– Игорь отправился туда веселым, а вернулся хмурым и взволнованным. Родители попытались выяснить, что произошло, но он ничего не говорил. Несколько дней внук был сам не свой, а потом рассказал: прогуливаясь у озера, он встретил девушку. Она была такой красивой, что Игорь влюбился с первого взгляда. Он попытался с ней познакомиться, но девушка почему-то от него убежала. Игорь хотел ее отыскать, но она как сквозь землю провалилась. Друзья ее тоже не видели, а некоторые даже утверждали, будто такой девушки на турбазе вовсе не было. Теперь Игорю плохо. Мы думали, что его чувство быстро пройдет, однако оно мучает его и гложет. Внук перестал есть и ходить в институт, почти ни с кем не разговаривает и порывается ехать к озеру, чтобы искать свою незнакомку. Отец его не пускает, требует взяться за ум, а Игорь грубит и устраивает скандалы.
Старушка вздохнула.
– Три дня назад Игоря сняли с подоконника. Он хотел выброситься с шестого этажа. Сказал, что увидел в стекле лицо возлюбленной, и кинулся ей навстречу… Игорь утверждает, будто слышит ее голос. Говорит, красавица зовет его к себе.
– Попробуйте показать внука психиатру, – посоветовала я. – Сумасшествие у разных людей проявляется по-разному.
– Мы показывали, – горько усмехнулась Наталья Валентиновна. – Врач выписал Игорю какие-то уколы, но от них ему стало хуже. Теперь внук видит свою незнакомку не только в оконных стеклах, но и в зеркалах и даже в чашке чая! Еще он беспокойно спит и постоянно бормочет что-то вроде: «Жди меня, я приду. Я скоро к тебе приду…». Я страшно боюсь, что не сегодня-завтра он все-таки выпрыгнет в окно и погибнет. Неужели это и правда сумасшествие, Матрена? Если да, то я не понимаю, откуда оно взялось. У нас нормальная благополучная семья. В ней никогда не было ни душевнобольных, ни алкоголиков, ни наркоманов. Может, это все-таки проклятье? Как думаете?
Думаю, соседка права. Ее внук вовсе не болен. Но и не проклят. А с его таинственной возлюбленной я знакома. Она и в самом деле интересная девушка, но Игорю с ней точно не по пути.
– Скажите, Наталья Валентиновна, не привозил ли ваш внук с Утиного озера какой-нибудь сувенир? – осторожно поинтересовалась я у соседки.
– Не знаю, – пожала плечами она. – А что?
– Судя по всему, он подобрал на берегу чужую вещь. Именно она вызвала у него болезненное влечение, галлюцинации и бред. Эту вещь надо вернуть.
Взгляд старушки стал растерянным.
– Я могу помочь Игорю, – серьезно сказала ей. – Но для этого мне надо с ним встретиться и поговорить. Это можно устроить?
– Можно, – обрадовалась Наталья Валентиновна. – Конечно, можно! Он живет в двух автобусных остановках отсюда и как раз находится дома.
– Чудно, – кивнула я. – Тогда поступим так: я отнесу домой свои покупки, и мы сразу же поедем в гости к вашему внуку. Согласны?
Игорь оказался симпатичным парнем лет девятнадцати. Он сидел на диване в гостиной и равнодушно смотрел прямо перед собой. Тетя Катя называла такой взгляд «ушел в себя и заблудился».
– Десять минут назад я сделала ему укол, поэтому сын ведет себя спокойно, – сказала невестка Натальи Валентиновны – пухленькая рыжеволосая женщина, впустившая нас в квартиру. – До этого он все утро метался по комнатам. А я металась за ним, чтобы не подпустить его к окнам.
На наше появление Игорь отреагировал вяло – смерил безразличным взглядом и отвернулся. Его мать эмоциями тоже не фонтанировала. Неделя постоянного стресса, в котором жила ее семья, выпила из женщины все силы, и теперь она с усталой покорностью реагировала и на беспокойное поведение сына, и на появление в их доме незнакомой девушки.
Когда мы вошли в прихожую, Наталья Валентиновна принялась объяснять невестке кто я такая, однако та явно пропустила ее слова мимо ушей, уловив лишь то, что я могу привести Игоря в чувство, а потому без возражений пустила меня к нему.
Я жестом попросила женщин выйти из комнаты и опустилась на диван рядом с парнем.
– Привет. Ты Игорь?
– Привет, – равнодушно ответил он, повернувшись ко мне. – Мы знакомы?
– Нет. Меня зовут Матрена. Я пришла поговорить о девушке, которую ты повстречал на Утином озере.
– Понятно, – по губам парня скользнула кривая улыбка. – Мать с бабкой нашли очередного психолога. Или ты не психолог, а психотерапевт? Будешь доказывать, что той девушки не было, а я просто сошел с ума?
– Не буду. Твоя возлюбленная существует на самом деле. Более того, я лично с нею знакома.
В глазах Игоря зажглись огоньки интереса.
– Знакома? – переспросил он. – Ты говоришь серьезно?
– Абсолютно. Я могу тебе кое-что о ней рассказать. Но прежде ты должен отдать мне гребень.
Взгляд парня стал недоуменным.
– Какой гребень?
– Который ты неделю назад нашел на берегу.
– Откуда ты о нем знаешь? – удивился Игорь. – Я никому про него не говорил.
– Принеси его, – повторила я. – Иначе я ничего не скажу.
Игорь пожал плечами и вынул из кармана домашних штанов темно-коричневый гребешок. Он был деревянным и казался старше нас вместе взятых. Им так часто пользовались, что его поверхность блестела, как полированная, а сбоку и в середине не хватало двух зубьев.