Закончив совместно со старшим помощником расчеты астрономических наблюдений, сравнили результаты. Старпом нанес точку на карту, Михаил убедился, что большой погрешности со счислением нет и с чувством выполненного долга отправился завтракать. Через двадцать минут закончится вахта старпома, вот и надо поговорить по душам за стаканом чая. А дальше решать, что делать. Если не удастся установить хотя бы допотопную пушку, то много он не навоюет. Тратить драгоценные торпеды на японские транспорты, которые косяками будут бегать через Корейский пролив туда и обратно, крайне неразумно. Если все пойдет, как он задумал, то в первую же атаку уйдут шесть торпед. Если японцы не поймут, в чем дело, и подставятся снова, оставаясь в этом же районе, то еще шесть. Это если успеют перезарядить, пока японцы не очухаются. Итого половина боезапаса улетит в первую же ночь. Но это в идеальном варианте, если адмирал Того посчитает, что подорвался на минах, и никуда не уйдет. Но рассчитывать на это особо не стоит. Того не дурак и, обладая информацией о «Косатке», вполне может сопоставить факты. Тем более что в прошлой его жизни японцы также панически боялись подводных лодок. Когда подорвались броненосцы «Ясима» и «Хатсусе», то они посчитали это атакой подводной лодки и палили из орудий по любым предметам на воде. А когда японские миноносцы, подошедшие к Владивостоку, увидели наши погружающиеся подводные лодки, то развернулись и бросились наутек. И больше к Владивостоку в течение всей войны ни один японский корабль не подходил. Иными словами, лодки отогнали вражеский флот от Владивостока одним своим «авторитетом», не выпустив ни одной торпеды. Возможно, и сейчас удастся напугать японцев одним фактом своего присутствия в водах Корейского пролива, чтобы приостановить перевозки войск и снабжения для них, но это не может продолжаться слишком долго. Видя, что «Косатка» активности не проявляет, они возобновят перевозки. Тем более на Того будут давить с огромной силой. А когда еще Макаров в Порт-Артуре появится. И когда еще немецкие торпеды доставят. Значит, надо придумать альтернативу…
Вот как раз и стармех пришел чайку попить…
— Доброе утро, Валерий Борисович! Как, новые идеи появились?
— Доброе утро, Михаил Рудольфович. Появились. Я тут вчера прикинул примерную схемку… В общем, сможем мы установить этот музейный экспонат. Хоть и придется повозиться, но сможем. Если реи «Маньчжура» выдержат.
— Не беспокойтесь, выдержат. И в связи с этим у меня к вам еще один вопрос как к кораблестроителю. Сможем мы изготовить в мастерских Артура вставки меньшего размера для наших минных аппаратов? Под калибр мин Уайтхеда, которые стоят у нас на вооружении?
— Михаил Рудольфович, вы продолжаете меня удивлять! Зачем?!
— А вдруг мины Шварцкопфа из Германии не скоро придут? Вот и будем стрелять нашими, 38-сантиметровыми.
— А их где возьмем?!
— Будем грабить крейсеры и броненосцы. Им они все равно ни к чему. А если собрать со всех, нам пока хватит. Будет мало, и за миноносцы возьмемся. Все равно мы их применим с большей эффективностью.
— А отдадут?
— А куда они денутся? Макаров скажет — все отдадут. Командиры броненосцев нам еще и благодарны будут. За то, что мы их от такой головной боли избавим. Да и командиры крейсеров тоже. Вот миноносники, естественно, взъерепенятся. Но пока до них очередь дойдет, может быть, мины Шварцкопфа придут. Так как, Валерий Борисович? Эскиз я вам набросаю.
— В принципе можно попробовать… Михаил Рудольфович, а больше у вас в запасе ничего этакого нет?
— Много что есть, Валерий Борисович. Очень много. Да только… О-о-о, а вот и наш чиф пожаловал. Чайку, Василий Иванович?
Старпом сел за стол, и по нему было видно, что его распирает от любопытства. После нескольких дежурных фраз все же поинтересовался:
— Валерий Борисович, а что это у нас за очередной эксперимент намечается? Что это вы с утра, как только светать начало, на палубе с рулеткой вымеряли? Как раз перед рубкой, куда пушку ставить собирались?
Стармех глянул на Михаила, но он не стал делать из этого тайны.
— А это, дорогой мой Василий свет Иванович, значит, что будет у нас пушка. Пусть не такая, как хотелось бы, но… На безрыбье, сам понимаешь… Если интересно, зайди после завтрака ко мне в каюту. Подробно расскажу. Если хочешь, конечно…
Предлагать два раза не пришлось, и когда Михаил начал рассказ, лицо старпома вытягивалось с каждой минутой все больше и больше. Наконец не выдержал.
— Мишка, ни черта не пойму. О какой пушке ты говоришь? О тех четырех девятифунтовках, что ли?!
— Ну да! «Маньчжур» без одной как-нибудь обойдется. Все равно толку от них на больших дистанциях никакого. А чтобы от миноносцев отбиться, и остальных хватит.
— Так ведь этот антиквариат — картузного заряжания!!!
