Она открыла дверь с торжественной церемонией и тут же отодвинулась в сторону, чтобы он мог сразу увидеть разрушенное величие машины - самонадеянный жест, учитывая, что он никогда больше не хотел её видеть. Тем не менее, казалось, что машина смотрела прямо на него, как будто изучая давно отсутствовавшего родителя, который вернулся внезапно и без предупреждения. Из безумного множества катушек и трубок донеслось бульканье, как бы говорящее:
"Посмотри, что со мной стало. Посмотри, что ты сделал со мной. Я такая из-за тебя".
Фрай мог бы ответить, сказав:
"Ой, как ты выросла!"
Потому что она выросла и теперь занимала бoльшую часть комнаты, больше, чем Фрай мог вспомнить. За те годы, что он служил обслуживающим персоналом и механиком этой машины, он многое внёс в неё во имя эффективности, часто с творческим чутьём. Над его приемником, зияющей пастью, взявшей его за руку, он даже установил две круглые металлические пластины, которые не выполняли никакой функции, кроме как создавать впечатление пары глаз. Теперь он понял, что подобные прикосновения, вероятно, создавали у "Давилки" впечатление, что у него есть воображение. Теперь эти металлические глаза нахмурились, когда "Давилка" отошла в дальний конец комнаты и вернулась с металлическим складным стулом.
Из пасти вырвалась отрыжка белыми выделениями, похожими на смесь слизи и спермы. Аналогичное вещество покрыло бoльшую часть пола. Ветер дул в открытые окна, поднимая рваные жалюзи. Конвейерные ленты бездействовали, несмотря на пыхтящее оборудование. Лёгкий холод наполнил комнату.
"Давилка" жестом предложила ему сесть, и он повиновался.
- Теперь, - сказала она, - нам нужен кто-то, кто будет сидеть и наблюдать за этой штукой и смотреть, когда и выплюнет ли она что-нибудь. Я не имею в виду то, что только что всплыло, хотя было бы разумно пройти через это и убедиться, что в этом ничего нет.
- Оттуда ничего не должно выходить. В этом всё дело.
- Я знаю, я не тупая. Я тоже здесь работала, помнишь? И ты помнишь старый девиз компании: "Что вверху, то и внизу". Послушай, возможно, стоит подумать об этом по-другому. Ты знаешь, что это такое, Фрай?
- Ага. Может быть. Нет.
- Точно. Хорошо, позволь мне обеспечить образование, которое твоя мать не могла себе позволить. Всю свою жизнь ты работал в месте, где производили вещи, поэтому тебе следует знать ответ на этот вопрос. Что производит каждое человеческое общество? Каждый из нас? Независимо от периода времени, культуры или климата?
Опять это неуютное школьное ощущение. Но Фрай решил подыграть и опробовал в уме пару ответов. Ни один из них не казался правильным, пока он не нашёл вдохновение в грязи, покрывающей пол.
- Это отбросы. Мусор.
Глаза "Давилки" засияли.
- Точно. Чёрт возьми, я знала, что у тебя есть ум.
Впервые с момента его возвращения всё её лицо просветлело, как раньше, когда они разговаривали. Фраю хотелось бы просто заморозить её лицо, но выражение её каменного лица тут же вернулось.
- Это древняя свалка мусора, полная костей, дерьма и даже ракушек и керамики. Всё, что людям, жившим здесь тысячу лет назад, надоело и было выкинуто. Что ж, реальный факт: много лет назад они расчистили грёбаную кучу мусора, чтобы построить это здание. В наши дни строительство сразу же остановилось бы. Кто-то сказал бы: "О боже, я нашёл челюстную кость", и им пришлось бы убрать бульдозер и вызвать ученых, чтобы они могли просмотреть всё и выяснить, что они ели в 2000 году до нашей эры. Но в те дни всем было плевать на старые какашки и кости ленивца, поэтому всё это раздавливалось или смешивалось с блоками и цементом. Всё дело в полах, кирпичах и самом здании. И, - она указала на машину, - в этом. А также всё, что вышло из этого или вошло в это. Звук, который ты сейчас слышишь, это пыхтение и бульканье?
- Я знаю, что это такое, - сказал Фрай. - Обратный цикл.
- Верно. Ну, мы больше ничего не производим, просто выполняем работу по контракту. Настоящее производство находится в Китае и так далее. Дело в том, что мы не можем просто отключить это. Мы должны выполнять обратный цикл, по крайней мере, до тех пор, пока он выполняется в прямом цикле.
- Господи, это годы.
- Десятилетия. Прошло много времени, чтобы дерьмо там затерялось. Но мы не можем закрыть его и переместить, пока всё не исчезнет. И мы не можем быть уверены, что всё в порядке, пока не проделаем обратный цикл. Это даже не считая мусора, из которого сделано всё это место, так что я уверена, что ты понимаешь проблему. Много чего выходит.
- Господи, - сказал Фрай.
