— Оставь нас в покое, прошу! — взмолилась я. Надо было подняться и использовать любое заклятие, которое бы я смогла, но я ничего не видела, не могла … и мне было интересно, что он скажет дальше.
— Это вы от меня не отстаете, — устало вздохнул Некромант. — Меня это так печалит! Я живу тут мирно и никому не досаждаю. Тьма — это мой неотъемлемый спутник, но я же не пускаю ее в ваш дворец! А теперь вы пришли и пытаетесь выгнать меня из моего родного Дол Гулдура, к которому я так привык, и который так люблю! Это немыслимо!
— Не дурачься, Саурон. Все прекрасно понимают, что ты не можешь просто спокойно жить.
— Мне не нравится, когда ты меня так называешь! Я это уже говорил…а может, и нет. Слишком давно мы встречались в последний раз, Сильмариэн, и слишком многое с нами случилось за это время. Забыл сказать — если Трандуил обидит тебя, дай мне знать, и тогда лучше бы ему бежать за Край Мира.
— Трандуил намного лучше тебя, — злобно прошипела я. — Он хотя бы не обманывает меня!
— Не обманывает? Ты до сих пор так думаешь? Сколько можно… Все лгут друг другу. Я лгал тебе, но и ты мне лгала. Я уверен, у твоего мужа есть пара грязных секретов и страстишек. Как и у тебя, моя дорогая.
Мне нечего было на это возразить. На меня наваливалась чудовищная головная боль. Голова грозилась расколоться напополам…
— Забыл тебя поздравить, — продолжил Некромант. — Твой сын…
Внезапно его голос исчез, и я словно полетела куда-то в пропасть, и через мгновение очнулась там же, где и была, в Дол Гулдуре. Я услышала дикий вой, потом задул чудовищный ветер, и все исчезло. Я лежала на полу, а надо мной склонились Митрандир и Радагаст.
— Вы лежали, моя королева, — испуганно пролепетал Бурый маг, — и смотрели в потолок невидящим взглядом, и стонали, словно от страшной боли. Это было…
— Он говорил со мной, — я села, в голове словно что-то взорвалось. Если это было осанвэ, то какое-то слишком странное и болезненное. Я застонала, но Радагаст поддержал меня за плечи, — я не помню, о чем, — я старалась избегать всепроникающего взгляда Митрандира.
— Он ушел, — сказал Серый Маг. — Когда я прогнал его, вы очнулись. Странно, я не использовал слишком сильных заклятий. Видимо, без Кольца у него быстро кончаются силы.
— Может, и так, — с трудом сказала я, — а может, он решил отступить, чтобы их сохранить.
Митрандир поднял меня и отнес в сани Радагаста. Несмотря на боль, я вскоре заснула, но и во сне продолжала видеть Дол Гулдур — разбитые пустынные залы, поливаемые дождем, и одиноко бродящую по ним тень, на которую взирают старые короли. Мы приехали в хижину Радагаста, грязную, как ее хозяин, но, как ни странно, чем-то милую мне. Бурый Маг дал мне настои из трав, которые помогли снять боль и восстановить силы, и перевязал разодранные при падении руки. Странно, мы одержали победу, но настроения ни у кого не было, и всю дорогу до Радагаста мы проделали в полной тишине, хотя и видели, как посветлело в лесу.
— Вы должны больше практиковаться в том, чем вы занимаетесь, Ваше Величество, — посоветовал мне Митрандир. — Не забрасывайте! Вы сами понимаете, что сегодня он смог бы победить вас, даже без тела и без Кольца.
Я кивнула. Серый маг прав. Как только оправлюсь, сразу же вернусь, и в этот раз вспомню такое, что напугало бы даже Саурона Ужасного, как бы оно ни пугало меня саму. Если он придет опять (а он придет, я была уверена), я должна одержать верх.
— Я не сказала тебе правду, — тихо сказала я Митрандиру. — Я помню о чем говорил Саурон, просто не хотела рассказывать это сразу. Он вспоминал прошлое, говорил о моей нынешней жизни, и настроение у него было отменное. Он не сказал ничего важного. Может, собирался, но не успел.
Серый маг только кивнул и пристально посмотрел на меня.
Мне хотелось скорее попасть домой, и я попросила Радагаста отвезти меня. Пока мы ехали, снова в полной тишине, я размышляла над тем, что сказал мне Некромант. Ничего. В это раз он только отшучивался, но о своих планах он не сказал ничего. Но что он хотел сказать про Леголаса? Ох, Митрандир! Ты пытался спасти меня, но сделал бы ты это минутой позже… А лучше еще позднее. Саурон сказал бы мне что-нибудь значимое, обязательно сказал бы, если бы нас не прервали!
Идя по дворцу в платье, порванном и испачканном кровью и грязью, я ловила на себе и одобрительные взгляды. Но в основном смотрели на меня с нескрываемым ужасом. Подданные боятся за меня или боятся меня саму? Кто знает… Синдар никогда не считали меня, Нолдиэ из проклятого рода, своей любимицей. И… неужели всем уже известно произошедшее в Дол Гулдуре? Возможно, ведь тьма стала намного меньше.
Когда я зашла в нашу спальню, мой муж сидел в кресле у камина, и лицо его было застывшим.
— Ты вернулась, — его голос был тих и спокоен, но я чувствовала в нем ярость.
— Да, — сказала я, подойдя к умывальнику и снимая с рук окровавленные тряпицы. — Я была права. У нас с Митрандиром и Радагастом все получилось. Саурон ушел.
