Степан, с подозрением смотря на Ивана, надел перчатки и зашёл за ним в помещение. Они оказались в комнатушке с настолько низким потолком, что им обоим пришлось пригнуться. В стене напротив двери были два затемнённых окна. Степан осторожно выглянул в одно из них и увидел там очередь из молодых людей, которые стояли в очереди к граффити.
Иван обернулся к Степану, достал конверт и принялся махать им перед лицом программиста со словами:
– Ну шо, парень! Я видел, как ты на конверт смотрел! Хошь узнать, шо внутри?
– Мне, если честно, совершенно насрать.
– Ну канешн! Открывай, давай! – воскликнул Иван, всучив ему конверт.
Степан вздохнул, открыл конверт и достал оттуда большую сложенную фотографию формата А3. Развернув её, программист, к своему удивлению, увидел на ней премьер-министра в окружении голых девушек. Дмитрий Владимирович в пиджаке с логотипом Соцсети и с красной рожей сидел за столом, по которому бежала подозрительная белая дорожка. Под фотографией была яркая подпись: «Группировка «Кавардак»: может быть, ты уже среди нас?»
– Ого. Фотошоп? – спросил Степан.
– Ха-ха! Если эт фотошоп, то мы с тобой тоже немножечко в нём!
– Откуда у тебя такой компромат на премьер-министра?
– Ненужный шеловек в ненужном месте в ненужное время! Нам эт дал информатор. Вишь, как Димону на этой фотке весело? Пошему б нам не поделиться ехо весельем? Пошему б не показать это друзьям, а?
Иван задвигал бровями, из-за чего стал похож на психа больше, чем обычно. Затем он достал из кармана платок и протёр им пыльное окно, после чего вынул скотч с ножницами из кармана и протянул их Степану со словами:
– На, тебе выпала шесть!
– Жесть?
– Не жесть, а шесть! – фыркнул Иван, громко прошипев. – Берёшь и фихачишь фотку на окно, шоб с улицы было видно.
Степан взял фотографию и с подозрением взглянул на скотч.
– Зачем на окно? – спросил он.
– Всё ещё не понял? Ха-ха-ха! А ещё прохраммист, называется!
– Почему это я должен сделать, а не ты?
– Шоб до тебя дошло, Стёп! Ты ж в обышной жизни своей без конца крутишься в этом вашем хихантском корпоративном колесе! Коллехи психи, задаши тупые, бытовуха всякая! А терь у тя есть возможность сделать шо-т по-настоящему крутое! Такое, шоб потом хордился собой, по-настоящему!
Степан нахмурился, задумавшись. Иван продолжил:
– К тому же, разве те этот Димон когда-нибудь нравился?
– Нет, пожалуй.
– Ндык! А ща у тя есть реальная возможность подпортить ему карьеру! Как ты думаешь, мнохо народу во всём мире видело ехо в таком антураже?
Степан покрутил фотографию в руках.
«Десять? Двадцать? Неужели я теперь среди них? Ничего себе».
Иван клацнул ножницами, выведя Степана из раздумий. Тот ухмыльнулся, взял скотч и надёжно прикрепил фотографию к пыльному окну.
– От, старательно как! Офихенно! – довольно сказал Иван, громко хлопнув Степана по спине. – Сшитай, шо мир спасён! Вертолёты взрываются! Девки пляшут! И всё такое! А теперь валим!
Степан оглядел напоследок помещение и улыбнулся.
«Чувствую, что я запомню это место надолго».
Они вернулись в фастфуд и сняли перчатки. Эдик и Лена в это время сидели за столом и пили кофе из больших кружек. Эдуард осторожно снял зелёные наушники и передал их журналистке со словами:
– Актуальный текст. Кто автор?
– Это Самариддин Раджабов, он недавно выпустил новый альбом, – ответила она. – Его уже очень давно ждали.
Эдик задумчиво промычал. Затем он увидел Степана и Ивана и сказал:
– О, как ваши успехи, герои?
– Миссия выполнена! Тикаем, хлопцы! – обрадовал всех Иван.
Эдик кивнул, после чего принялся старательно убираться за столом: выбросил мусор, поставил кружки на поднос, поправил салфетки в салфетнице. Иван смотрел на это всё с осуждением.
– А пока вы там шлялись, я закончила править статью про коррупцию Дмитрия Владимировича. Её уже скоро выложат, – похвасталась Лена, поставив кулаки в бока.
– О, хероиня наша! У нас сёня мнохо поводов для торжественнохо нажиралова! – сказал Иван.
Лена улыбнулась, глядя на Степана. Программист улыбнулся ей в ответ, чувствуя, как настроение его поднялось.
Они вышли из кафе. На улице было ветрено, а пыль так и норовила попасть в нос. Очередь из желающих сфотографироваться стала длиннее.
– Офихенно, как раз шас-пик у блохеров! – довольно отметил Иван. – Теперь надо намутить себяху! Будем потом правнукам показывать, какими мы клёвыми были!
– Не завидую твоим внукам, – хмыкнул Степан.
– Ваня, а как же полиция? – прошептал Эдик, глядя на полицейских.
– Блин, Эдик, да все ж вокруг тока и делают шо фоткаются, не ссы! Стёп, доставай мобилу! У тебя же стопудова самый мажорский телефон! Мы знаем какая у тя зарплата!
– А ты точно не гопник? – спросил Степан, но всё же достал телефон и включил камеру.
– Не могу поверить, что мы делаем это, – сказала Лена с горящими глазами. – Уверена, карьере премьер-министра теперь конец!
– А хлавное то, шо я снизу фотки написал немножечко про хруппировку, так шо у нас скоро будут новобранцы! – сказал Иван. – Так, Стёп, фоткай шоб были мы на фоне рожи блохерской! Шоб окна были видны! Офихенно! Теперь скажите «Ива-а-ан»!
