– Смотри, – Даврон поднял бутылку смузи с яркой этикеткой с названием «ПРОСВЕТЛЁННЫЙ САХАРОК», – знаешь, сколько людей пьёт это?
– Каждый второй в Башне, наверное. Но её же здесь раздают бесплатно?
– Да, но поставщикам-то корпорация платит! Ты бы знал, сколько можно бабла заработать на нём!
– Ты что, предлагаешь мне делать смузи?
– Да! Знаешь, кто больше всех заработал в золотой лихорадке? Те, кто продавал лопаты! Так вот, в Башне вместо лопат у нас смузи, Стёпа!
Степан ухмыльнулся и сказал:
– Мда, не могу представить, чтобы я занимался чем-то подобным.
– Ты подумай-подумай! – воскликнул Даврон и положил Степану бутылку смузи на поднос. – Следующий заказ!
Степану понадобилось несколько минут на то, чтобы найти идеальное свободное место – малюсенький столик на одного.
Усевшись туда, программист с довольным лицом принялся размазывать арахисовую пасту по сырникам. Внезапно вдалеке появился Макс с подносом. Увидев Степана, он с радостным лицом приволок стул и подсел к коллеге.
– Степан! Вот где ты!
Стёпа поднял руки, как бы показывая, насколько мало места за столом, но Максу было плевать. Биохакер поставил свою тарелку с увесистым куском мяса и оранжевый напиток на стол, бесцеремонно отхватив часть личного пространства Степана. Стёпа обречённо вздохнул.
Степан окинул взглядом выбор коллеги, после чего спросил:
– Ты недостаточно взял себе цианида?
– Стейк! Я ем стейк на завтрак!
Макс довольно заулыбался и сфотографировал свою еду новым телефоном от Соцсети. Затем он принялся нарезать мясо ножом: из стейка потекла кровь. Макс спросил:
– Ты не хочешь узнать, почему я его ем именно сейчас?
– Нет?
– Потому что, оказывается, человеческий организм заточен именно на переваривание говядины! Я как это вчера услышал, так сразу понял: нельзя медлить ни секунды! Тут же пошёл и взял себе стейк, а потом ещё один! Теперь только их и ем, представляешь?
Степан положил сырник в рот. Было вкусно, но он уже не мог получить от еды никакого удовольствия. Разочарованно прожевав кусок, Степан спросил:
– Это же вроде раньше была такая форма пыток, нет?
– Ха-ха, Степан, пора бы тебе читать что-то более актуальное! Это миф, не было такой пытки!
На часах Макса прозвенел будильник, и тот закинулся парой таблеток.
«Зато тебя слушать точно пытка».
– А что, кстати, с твоими вредными привычками? – продолжил Макс. – Бросил их?
– Угу, осталась лишь одна – завтракать с тобой.
Макс покачал головой и продолжил есть стейк. Степан воспользовался паузой, достал телефон и увидел в новостях следующее:
Степан приподнял бровь и продолжил читать. В материале говорилось, что прошлой ночью на Башню кто-то направил мощный проектор и наложил на здание изображение пениса. Орган идеально лег на фасад. Судя по многочисленным фотографиям пользователей Соцсети, пранк было видно практически из любой точки города. Получилось весьма эффектно.
Сам того не ожидая, Степан заржал. На него изумлённо посмотрел Макс. Не прекращая смеяться, Степан показал ему телефон. Тот, прочитав новость, фыркнул:
– Тоже мне, член на всё здание налепили! Явно кто-то интеллектом не блещет!
– По-моему, это гениально!
Степан прочитал, что полиция нашла проектор в лесу, в трехстах метрах от Башни. Устройство было вставлено в пузо манекена Петра Первого, сидевшего на пеньке. У Петра на спине был листок с надписью: «ПРЯЧЬТЕ ВАШИ ОКНА, КАВАРДАК ИДЁТ К ВАМ».
«Блин! Как я мог такое пропустить? Почему всё самое интересное пролетает мимо меня?»
Внезапно Макс спросил:
– Вот, Стёпа, знаешь, о чём я думаю?
Макс сделал паузу, но Степан никак не отреагировал на это: он продолжал смотреть фотографии.
– Совсем скоро большинство людей останется без работы из-за автоматизации. Чем они будут заниматься? Их же не переучишь!
Степан пробормотал:
– Удали меня из друзей, плиз.
– Думаешь, автоматизация кого-то не коснётся? – продолжил Макс, – Ошибаешься! Я, например, теперь слушаю только музыку, генерируемую искусственным интеллектом. Зачем нужны музыканты, когда программа пишет уникальную музыку специально для тебя? Это будущее!
Степан замер. У него перед глазами появилась картина: число его подписчиков упало с семидесяти пяти сначала до пятидесяти, потом до двадцати, до десяти, а затем и вовсе до одного – его самого. А потом не стало и его.
«Фляга. В левом кармане фляга. Фляжечка моя. Достать её? Нет! Слишком палевно. Потом. Потом».
Тут Степана осенило. Он включил в своих наушниках специальный шумоподавляющий режим и испытующе посмотрел на Макса.
Рот биохакера открывался, но до Степана доносился лишь невнятный гул. Глубоко вздохнув, Стёпа закрыл глаза и улыбнулся.
Тишина. Лёгкий шум от прибоя. Макса нет. Никого нет. Только белый песок и голубая вода.
Степан медленно открыл глаза и с наигранной улыбкой сказал:
– Мне пора, мой органический друг. Пойду автоматизацию автоматизировать!
