Подруги так не поступают [СИ] полностью

Ну не делиться же с ней неизвестно откуда взявшимися, внезапно нахлынувшими сентиментальными мыслями. Засмеёт. Да ему и самому странно — поймать себя на подобных раздумьях. О том, что уже семь лет прошло с тех пор, как Алина появилась в его жизни, в его доме. И ведь вполне нормально прошло, а когда-то он даже не задумывался особо ни о детях, ни о своём отцовстве. О том, как она изменилась за эти годы, превратившись из взбалмошной девочки-подростка во взрослую девушку, конечно, не менее взбалмошную, но более самонадеянную, уверенную, будто разбирается в реальности гораздо лучше остальных. Как он изменился — ну, наверное — если теперь способен размышлять о таком. И сколько уже раз они вот так сидели вместе за столом: завтракали, или обедали, или ужинали.

Чаще, конечно, завтракали. С остальным получалось реже, особенно с обедом, или Алина утаскивала тарелки в свою комнату. Но иногда она специально дожидалась, когда Марат вернётся и, даже если уже успевала поужинать, устраивалась за столом со стаканом сока или чашкой чая. Чтобы поболтать. Вдвоём. Иногда втроём, когда к Алине приходила лучшая подруга Лера.

Кстати, что-то её давно не видно.

— А куда это Лерка пропала?

Ответила Алина не сразу, для начала навалилась на стол, словно так пыталась оказаться ещё ближе, рассмотреть почти в упор, как он отреагирует. Но и тогда не ответила, а сама спросила:

— А ты, что, соскучился?

И взгляд — хитрый, лисий, очень гармонирующий с лёгкой рыжинкой в волосах и вздёрнутым носом.

Она реже называла Марата «папой», хотя когда-то вставляла это обращение чуть ли ни в каждую предназначенную ему фразу, — претендовала на признанную взрослость, на равенство. И ещё один признак — позволяла себе неоднозначно его подкалывать. Но ведь и его легко не развести, а тут и поводов нет.

Он тоже не стал отвечать сразу, поддел с тарелки кусочек, отправил в рот, прожевал и только тогда, дёрнув бровями и поведя рукой, невозмутимо пояснил:

— Непривычно просто. Вы же вечно вместе, а тут… Вдруг заболела.

— Ну, можно и так считать, — согласилась Алина, многозначительно округлила глаза: — Ей теперь не до нас. У неё — любо-овь.

— А-а, ну-у, — протянул Марат. — Понятно.

И неодобрительно глянул на выдавший сдавленный писк мобильник — очередное оповещение. Опять у кого-то нетерпеливого нарисовалось что-то крайне срочное.

Алина тоже глянула на мобильник, отодвинула его подальше, хотя Марат и не собирался в срочном порядке хвататься за телефон. Подождут. И снова уставилась на отца, воскликнула разочарованно:

— И что? Всё?

— В смысле — всё?

— Вся реакция, — пояснила Алина.

— А что я по-твоему должен делать? — озадаченно проговорил Марат.

— Переживать.

— Я-то при чём? У неё мама есть.

Хотя, Алинка права — кольнуло легонько. Но только потому, что Лера тоже не совсем чужая, росла у него на глазах. Но даже не сравнишь, с тем, как его дёргало, когда случайно увидел у Алины в сумке упаковку презервативов. Стоило только мысль допустить, что его дочь там какой-то… Сразу захотелось пойти и начистить тому физиономию.

Еле удержался, чтобы именно так и не сделать, и хорошо, что Алины в этот момент не было дома. К её возвращению слегка отлегло. По крайней мере на мгновенную расправу уже не столь неудержимо тянуло, и даже мысли рациональные появились. Во-первых, дочь у него не совсем уж легкомысленная дура, раз сама позаботилась о защите, во-вторых, рано или поздно это всё равно должно случиться. И ладно, если попался нормальный парень (а они существуют в том возрасте — нормальные?), а то ведь сто процентов — безмозглый озабоченный придурок типа его самого в молодости. Алинку ведь наверняка именно на таких придурков и тянет. Но Лера, она же гораздо разумней, на абы что не купится. И торопиться не будет.

— Ты о чём задумался? — ворвался в размышления голос Алины.

— Ни о чём. Я просто ем.

— А ты в курсе, что тётя Женя замуж выходит?

— В принципе в курсе. Они же вроде давно уже встречаются. Всё-таки решили окончательно сойтись?

Алинка, словно лодочку, вилкой прокатила по соусной лужице в своей тарелке ломтик картофеля.

— А ты никогда не хотел на ней жениться?

— На Жене? — удивлённо уточнил Марат. — Даже не думал.

— Почему?

— Она же Леркина мама.

— И что? Не бабушка же. Тебя не намного старше. И в вашем возрасте это уже не заметно.

Марат внимательно уставился на дочь.

— Это ты к чему сейчас? Хочешь, чтобы я тоже женился?

Или наоборот? Таким образом пытается выяснить, нет ли у него подобных Жениным планов. Пусть не волнуется — нет. Если когда и возникали мысли, то и отступали они достаточно быстро.

Ну, вроде бы надо, да, почти все так делают. Но ведь и не обязательно. А ребёнок у Марата и без того уже есть, от которого в этом вопросе тоже немало зависит — жить-то дальше придётся всем вместе. А его милая доченька с её псевдо-наивной прямолинейностью и острым язычком способна любого за пять минут до белого каления довести. Поэтому — всякое бывало.