Он богат, силён и нравится всем девушкам без исключения. Он привык брать то, что хочет, ни перед кем не отчитываясь. Как правило, он не встречается с женщинами больше одного раза, потому что перепробовал всё и его уже ничем не удивить - так он думал. Но, как водится, нашла коса на камень...Очень горячая по накалу страстей и месту действия история происходит на самом роскошном курорте нашей страны - городе Сочи.Откровенные сцены в наличии, но никакого насилия. Романтика - обязательно! Любовного треугольника нет, но есть коварство, алчность и эгоизм со стороны "третьего угла".
Руслан
Кое-как припарковав свою бэху, я вылез во влажный, горячий и тугой воздух, мгновенно покрывшись липкой плёнкой пота. Я, конечно, слыхал, что у них тут в Сочи пи**ец с парковками, да и у нас в Новоросе ситуация не намного лучше, но последние пара кругов по центру Адлера окончательно вывели меня из себя. Я устал, как собака, голоден и зол: пожрать, блин, некогда, а машину поставить негде. Во всех разрешённых и запрещённых местах, на тротуарах и островках посреди перекрёстков стоят тачки в два ряда, а кое-где и в три. Улицы узкие, движение медленное (там, где не стоит вообще мёртвой пробкой) - и поиски стоянки превращаются в какой-то гр*баный триллер: хватит ли герою терпения и бензина, чтобы найти на этом сраном пятаке место для парковки?
Бешеная жара тоже добавляла позитива. Сколько там градусов северной широты между Новоросом и Сочи? Сущая мелочь, а на голову давит, будто я из Магадана позавчера приехал.
По пути приметил приличную с виду кофейню с большими окнами во всю стену, нормальной мебелью и явным наличием кондиционера. В животе острым металлическим буром провернулось ощущение голода, но нужно было торопиться к нотариусу, а вот на обратном пути я махнул рукой на банковский день и прочую лабуду и завернул в спасительную прохладу. Нах*р мне все эти деньги, если я даже поесть не могу?
Дышать сразу стало легче, а настроение привычно поднялось, когда я заметил, как глаза всех цыпочек в заведении с одобрительным интересом устремились ко мне. Я привык к женскому вниманию. На самом деле, возможно, я вообще разучился ухаживать за девушками (заказ столика в ресторане и доставки букета не в счёт, это элеметарная вежливость). Мне всё достаётся легко, стоит только спросить:
- Угостить тебя коктейлем, кроха?
Или:
- Эй, милашка, поехали покатаемся?
И все эти красотки падают к моим ногам. А потому я мгновенно теряю интерес. Одна ночь - мой максимум. А то и пятнадцать минут в туалете клуба. Да, у меня давно не было серьёзных отношений, и отец, кажется, серьёзно напрягается на эту тему. Он считает, надо жениться, завести детей... иначе кому передавать нашу бетонную империю? Но, как представлю, что одна из этих куриц станет мелькать у меня перед глазами каждый день и делать мне мозги, сразу тошнить начинает почище, чем с перепоя. Они глупые, примитивные, предсказуемые, как собака Павлова. Ты им стимул - они тебе реакцию. Одну и ту же, всегда. Я как-то пытался с одной такой шваброй отношения построить - потом долго отплеваться не мог. Эта ночь, что я даю им - всё, на что они способны. Дальше начинается тупое мозго*бство, слабо разбавляемое наигранными чувствами ко мне и искренними - к подаркам. Нах*р эти карусели.
Один мой товарищ утверждает, что я просто не там себе подруг ищу. Он любит умненьких девочек: студенточек всяких, театралок, библиотекарш... но у меня на них не встаёт - очень уж они стрёмные, словно есть какой-то закон вселенной, по которому красота и ухоженность у женщин не может сочетаться с интеллектом.
У адлерских тёлочек с внешностью был порядок. Они все как одна обворожительно улыбались мне и томно стреляли глазками... все, кроме одной. Официантки. Девочка была симпатичная: светловолосая, личико юное, миленькое, лёгкий макияж, аккуратный пирсинг на левом крыле точёного носика. Даже эта коричневая форма сотрудника кофейни её не портила, а подчёркивала хрупкость фигуры и прозрачность кожи, совсем не по-сочински белой. На приколотом к высокой груди бейджике значилось: "Станислава". Необычное имя. Но ещё более необычно было то, что девушка совсем на меня не смотрела, будто бы избегала взглядом. Я стоял прямо перед ней, открыто изучая хорошенькое личико и тонкие изящные руки, но она упорно игнорировала мой взгляд и смотрела куда угодно: на барную стойку перед собой, зал, вход за моей спиной - только не на меня. Я слышал, такое бывает при некоторых психических расстройствах - что человек не может смотреть другим людям в глаза, но Станислава, хоть убей, не была похожа на аутистку. Это подтвердилось, когда из зала подошла девушка, чтобы взять ещё один пакетик сахара - барменша взглянула ей прямо в лицо и даже улыбнулась, отвечая, а потом опять приняла эту скорбную мину.
- Что вы мне посоветуете? - попытался я втянуть её в диалог.
- Это зависит от ваших предпочтений, - ровным мягким голосом произнесла Станислава. - В жару многие берут фраппе, а если вы любите покрепче, то возьмите двойной эспрессо или флэт уайт.
- Что такое фраппе?
На самом деле, я, конечно, знал, что это, но мне внезапно захотелось подольше послушать этот завораживающе женственный голос. И я всё ещё не смог поймать её взгляд, но и не потерял надежду на это.
- Фраппе - это тот же капучино, только со льдом. Обычно мы ещё добавляем какой-нибудь сироп, но можно и без него, если вы не любите сладкое.
Даже интересно, почему она решила, что я не люблю сладкое... Мой невысказанный вопрос внезапно получил ответ:
