В обстановке возникновения новой агрессии Жижка принял решение перенести театр военных действий в Моравию и направить туда отряды своих оребитов. Это решение поддержали не только табориты, но и пражские чашники.
И те и другие выделили свои войска для участия в готовящемся походе. Отрядами таборитов командовал Ян Гвезда, во главе пражского войска стоял Сигизмунд Корибутович.
В первых числах октября объединенные силы гуситов двинулись к Немецкому Броду и — осадили Пржибыслав — хорош о укрепленную крепость, расположенную у самой границы. Однако взять ее первым приступом не удалось, поэтому решено было начать правильную осаду. Неожиданно в лагере гуситов вспыхнула эпидемия чумы. Среди заболевших оказался и Ян Жижка. 11 октября 1424 г. великого чешского полководца не стало.
Суровые воины Жижки, оребиты, похоронили его в Градце Кралёвом. В знак глубокой скорби они стали с тех пор называть себя «сиротами». И еще долго потом враги чешского народа не могли без страха слышать это слово. Жижка продолжал бороться за счастье чешского народа.
Ян Жижка уже при жизни стал легендарным героем, поэтому его смерть была всенародным горем. В «его лице Чехия потеряла одного из самых замечательных своих сыновей — выдающегося военачальника, пламенного патриота, отличного организатора и храброго, неутомимого воина.
Велики были заслуги Яна Жижки в деле народной борьбы. Он был не только вдохновителем многих побед чешского народа, но и величайшим их организатором. Именно благодаря стараниям Жижки вооруженные силы восставшего чешского народа получили правильную организацию. Жижка уже в свое время сумел полностью оценить значение зарождавшейся тогда артиллерии и по возможности широко применял ее в боях. Кроме того, Жижка использовал и превратил в важное боевое средство возовую оборону, применение которой до него носило стихийный характер.
Жижка был поистине народным полководцем. Он первым из военачальников XV в. сумел раскрыть те возможности, какие давала революционная по своему характеру борьба народа против феодалов. Жижка постоянно стремился воспитывать инициативных, отважных, преданных родине воинов, способных защитить ее в трудную минуту. И он достиг этой цели. Непреклонная воля борца сочеталась в этом человеке с недюжинными военными способностями, а богатый боевой опыт — с глубокой верой в справедливость и торжество борьбы, которую он возглавлял. Однако нельзя пройти и мимо того, что Жижке были свойственны черты, которые говорили о его классовой ограниченности. Непримиримый враг католической церкви и ничтожного и подлого императора Сигизмунда, искренний поборник справедливости и свободы, Жижка не мог преодолеть инстинктивного дворянского недоверия и враждебности к наиболее революционным учениям чешской бедноты той эпохи. Правда, эти учения, при всей их смелости, были еще только первым и очень незрелым ростком тех учений, которые получили необходимую для себя почву несколькими столетиями позже. И все же, целиком стоя на почве реальной действительности, Жижка ошибочно считал, что эти социальные утопии вредны и ненужны народу. Несмотря на это, нужно все-таки признать, что Ян Жижка сделал все от него зависящее для сплочения под своим знаменем всех тех сил, которые могли и хотели бороться за независимость Чехии.
Память, о Жижке и его сподвижниках и сейчас живет в сердцах народов Чехословацкой Социалистической Республики. Образ этого неутомимого борца за счастье своей родины дорог всему передовому человечеству.
