– Мне не надо. – Дарби гладила взволнованного пса. – Это Трент Уиллоуби, мой бывший муж. Я остановилась, потому что увидела на обочине сломавшуюся машину. Не поняла, что это «Приус», не умею отличать его от какой-нибудь «Тойоты».
– Милая, «Приус» – и есть «Тойота».
– Вот видите? Он вырубил меня, очнулась я уже здесь, привязанная к стулу. Трент хотел убить меня, но сперва решил выговориться. Признался, что это он убил мою маму, описал, как именно. И Клинта тоже он убил. Я потом расскажу подробнее. Меня немного трясет.
– Ничего страшного. Давай Зейн отвезет тебя к нам? Это рядом, Эмили дома. Я тоже сейчас подъеду.
Дарби хотела встать, но качнулась. Зейн подхватил ее вместе с собакой на руки.
– Ноги трясутся.
– Я держу, – сказал Зейн и повернулся к Ли. – Я держу…
– Вижу. Отвези ее к Эмили. Я пока займусь этим типом. – Ли посмотрел на Трента.
Хлопоты растянулись на несколько часов. Пока Эмили суетилась вокруг Дарби, Зейн вышел немного прогуляться, чтобы успокоить нервы. Не помогло, однако ради Дарби он будет держать себя в руках.
Дарби во всех красках рассказала Ли о случившемся, пока Дэйв профессионально обрабатывал рваные ссадины на запястьях и лодыжках, которые Эмили успела перевязать.
Она спросила про Трента, и Дэйв вкратце описал его состояние.
Сотрясение мозга, отслоение сетчатки, сломанный нос, трещина в скуле.
– Ловкий был бросок, – сказал он Зейну.
– Но он выживет? – с нажимом уточнила Дарби.
– Он в тяжелом состоянии, хотя ничего критичного. И да, ему выбило пару зубов, и есть огромные гематомы на ногах сзади.
– Дарби ударила его стулом, к которому была привязана.
– Тоже ловкий прием. Тебе не повредит и самой показаться врачу.
– Меня не в первый раз били по лицу. Надеюсь, в последний… – Дарби встала, уже увереннее держась на ногах. – Эмили, словами не передать, как я счастлива, что ты рядом.
– Солнышко, я же обещала, что никогда вас не брошу.
– Он отнял у меня маму… – К глазам снова подкатили слезы. – Она была бы рада, что у меня теперь есть близкий человек вместо нее.
Разрыдавшись, Дарби прижалась лицом к плечу Эмили, и та обняла девушку.
Когда Дарби успокоилась, Эмили отпустила ее и взяла за плечи младшего сына.
– Я больше никогда в жизни не буду в тебе сомневаться. Так и знай!
– Мне очень жаль твою маму, Дарби. Правда.
– Да, мне тоже. Но ты, Броуди, мой герой. – Дарби подалась к нему и чмокнула в лоб. – Как и многие другие.
Остальные герои появились, когда Зейн наконец привез ее домой. Ребята ждали их на крыльце вместе с цветами и угощением.
– Просто хотели убедиться, все ли у вас хорошо, – начал Рой. – Мы знаем, тебе надо отдохнуть, однако решили сперва проведать. – Он опустил голову, потому что голос сорвался.
– Мы расчистили два участка, – откашлялся Ральф. – Наверное, тебя это порадует. Остальное доделаем завтра. Ты приезжать не смей, ясно?
– Кто у нас главный? – возмутилась Дарби.
– Без разницы. Попадись мне тот урод, который наставил тебе синяков, живым бы он не ушел. Так и знай.
– Давай отведу тебя в комнату и помогу устроиться. – Холли спустилась по ступенькам и обняла Дарби за плечи. – Мальчики пусть отнесут пироги в дом. Зейн, ты оставил двери открытыми, – добавила она, заводя Дарби внутрь. – Мы не стали заходить. Сейчас и другой народ подтянется, когда узнает, что случилось. Тебя, Дарби, в Лейквью очень любят.
– Холли, мне надо наверх, хочу хорошенько выплакаться.
– Сейчас тебя отведу. Гейб, дай-ка мне с собой один из тех букетов.
– Это от мисс Шерил. – Гейб легонько похлопал Дарби по спине. – Как насчет того, чтобы дать Зоду сами-знаете-что? Он, кажется, заслужил.
– Спасибо, Гейб. Спасибо всем вам.
Холли обнимала ее, пока она плакала, потом сидела рядом, помогая уснуть.
Когда Дарби проснулась, она посмотрела в окно на озеро, где скользили лодки и купались дети. На шикарный букет, присланный едва знакомой женщиной. Вспомнила, как их встретили, когда Зейн привез ее домой.
Встав, Дарби посмотрела на себя в зеркало: под глазом наливался синяк, еще один чернел на щеке. Она легко отделалась, учитывая обстоятельства.
– Ты никогда не была дурой, – сказала она своему отражению. – Хотя порой вела себя очень глупо.
Потом спустилась на первый этаж и увидела, что Зейн расхаживает по гостиной, прижимая к уху телефон.
– Дарби встала. Потом перезвоню, – сказал он, внимательно посмотрев ей в лицо. – Все хотят знать, как у тебя дела. Я заглядывал недавно. Ты спала.
– Да. Мне уже лучше. Зейн…
– Пожалуйста, помолчи, – сказал он и бережно, как мог, сгреб ее в объятия. – Всего минуту.
– Сколько угодно.
– Когда я увидел твою машину, то думал, что умру на месте. Жизнь как будто остановилась. Надо было сразу пойти к Ли и рассказать о всех тех странностях, которые обнаружил Броуди.
– Нет-нет. Это было бы нечестно по отношению к нему. Ли ничего не сделал бы, как и ты. Не надо винить себя в такой малости, не обесценивай все, что было сделано. Не нужно.
Дарби отошла на шаг.
– Не нужно; твой гениальный брат, наша чудесная собака и замечательный мячик спасли мне жизнь. Можно попросить тебя об одолжении?..
– Все, что захочешь.
