– Осторожнее, а то потребую с тебя поездку в Арубу. Давай посидим на веранде и выпьем вина?
– Конечно.
Зейн принес бутылку и сел рядом. Дарби взяла его за руку.
– Итак, закроем эту тему раз и навсегда. Как ты узнал, где меня искать?
– Сперва я подумал на Дрейперов, но потом засомневался. Вспомнил, как ты говорила, что видела на озере парня, про которого рассказывал Броуди, – что у тебя от него мурашки побежали.
– И все?
– Да, только это и подозрения Броуди. Я не нашел Бингли ни в одном из колледжей. Интуиция подсказывала – надо ехать к нему. Вот и поехал.
– Так выпьем за твою интуицию!
– Мне жаль, что так вышло с твоей матерью, Дарби… Понимаю, тебе сейчас тяжело – все равно что снова ее потерять.
У нее потекли слезы.
– На душе в тот момент стало очень пусто… Он ужасно гордился своим поступком, злорадствовал. Потом я набралась злости, чтобы дать ему отпор. Без тебя и Зода ничего не вышло бы, но я решила драться до последнего.
Смахнув слезы, Дарби отпила вина.
– В нем было что-то неправильное, Зейн. Какая-то гнильца внутри, причем она была и раньше, если понимаешь, о чем я.
– Да, понимаю.
– Трент прятал ее, маскировался. Это как подводные камни, да? Он и прежде терял контроль, но не так сильно. В этот раз все было… организованно, что ли? Он увидел в газете новости про нападение Грэма и придумал, что делать дальше. Распланировал так же, как убийство моей матери.
Дарби медленно выдохнула.
– Не уверена, что у него получилось бы уйти. Его наверняка поймали бы. Однако он считал, все сойдет ему с рук, как и прежде. Тренту нравилось убивать. Он лишил жизни двух человек и буквально упивался этим.
– Не двоих.
– Что? – Дарби опешила. – Еще кого-то?
– Да, были и другие жертвы между твоей матерью и Клинтом. Как минимум одна, а то и двое. Когда все выяснят, я тебе расскажу.
– Он обязательно сорвался бы, рано или поздно… – продолжала Дарби. – Просто хорошо умел притворяться. А я была молоденькой дурочкой, хотя считала себя умной. Трент запудрил мне мозги и наплел все, что я хотела слышать. Господи, он всегда так уважительно разговаривал с моей матерью…
– Он знал, как много она для тебя значит.
– Да. Когда мы стали жить вместе, он не смог притворяться. Я была уже не такой дурой и быстро поняла, что у нас ничего не выйдет. Только не смогла уйти, не попробовав сперва наладить отношения. Нельзя выйти замуж, а на следующий день бросить мужа. Надо как-то искать общий язык.
– Не обязательно.
– Я говорила себе, что дура и ничего не понимаю. В общем, повелась на смазливую внешность и красивые слова. Сдуру уговорила себя потерпеть.
– Хорошо, что долго терпеть не стала.
Зейн поцеловал ей ладонь и забинтованное запястье.
– По той же глупости я решила, что мы с тобой – ты и я – просто закрутим интрижку. На тот момент я хотела одного – здорового секса с симпатичным мужчиной, который разделяет мою любовь к бейсболу, способен терпеть в доме уродливого пса и готов смириться с моими творческими порывами.
– Да, я такой.
– Полностью в моем вкусе. Я люблю тебя – и это не глупо. Я хочу прожить с тобой жизнь – и это тоже не глупо. Я хочу создать с тобой семью – и это совершенно не глупо.
– Ты выйдешь за меня замуж, Дарби?
– Да.
Зейн встал, поднял ее со стула и усадил к себе на колени.
– Когда?
– Хороший вопрос. Я хочу простую церемонию, прямо здесь, устроим праздник в доме. Весной свадьба у Роя. У нас будет самый разгар сезона, а он просится в отпуск. Оба мы уйти не сможем.
Зейн поцеловал ее в щеку, в глаза и в губы.
– Тогда выходные на День труда.
– День труда?
– Даже у тебя должен быть выходной. Особенно если выйдешь замуж.
– Но… это же в сентябре, Уокер, практически завтра!
– Зачем ждать, если ты не дурочка. Я совершенно случайно знаю парочку особ, способных организовать праздник буквально за пять минут.
– У нас же конец сезона, посадки… Я не успею…
– Медовый месяц отложим, устроим его зимой, когда работы не будет. Съездим в Арубу.
Дарби невольно рассмеялась.
– Как продумано с твоей стороны.
– Я тоже не дурак. Жизнь продолжается, Дарби. – Зейн провел пальцем по татуировке у нее на шее. – Давай не будем терять ни минуты.
– Ты спас мне жизнь бейсбольным мячиком. Отдай его мне. Положу на полку под стекло у себя в кабинете, который сделаю из какой-нибудь пустой комнаты. Выберу самую уютную.
Она обхватила лицо Зейна руками.
– Посмотри на нас. Все в синяках и в пластыре. Мы с тобой парочка идиотов. Значит, День труда? – Она легонько поцеловала его. – Договорились.
– Ты могла бы заключить сделку на более выгодных условиях.
– Мы еще не обсудили детали, – сказала Дарби и прижала руку к его груди, не давая встать. – Если ты всерьез намерен создать семью и завести детей, кому-то из нас придется готовить.
Зейн посмотрел на нее исподлобья.
– Можно бросить жребий. Монетку, например. Орел – я, решка – ты.
– Или сыграть в «камень, ножницы, бумага».
– Два раза из трех.
– Отличная мысль!
Дарби пристроила голову ему на плечо, и Зейн решил, что освоить кулинарию будет не так уж сложно.
– Раз в неделю можно устраивать вечер пиццы, – предложил он. – Заказывать доставку.
– Разумеется.
Дарби поцеловала его в щеку.
