Артем шумно дышал прямо в лицо Чеко. Кровь кипела и не давала голове проясниться. Чеко молча смотрел на него, не пытаясь вырваться из хватки. Наконец он вздохнул и коснулся плеча Артема.
— Так лучше, Тем. Ты никогда не убивал, пусть так и останется.
Артем выпустил его и оглянулся на мертвого Ларионова. Он окинул взглядом труп и почувствовал, как его словно облили ведром холодной воды. Весь ужас произошедшего накатил на него, и он закрыл лицо руками, а потом схватился за голову и потянул себя за волосы. Чеко вновь дотронулся до его плеча.
— Тём…
— Мы… его… убили…
— Не мы, а я. Я убил его.
— Какого…
Артем почувствовал слабость в ногах и присел. Он снова посмотрел на труп. Лицо Ларионова стало восковым, в глазах застыло удивление, но выражение лица сменилось на какое-то печально детское: он напоминал ребенка, которого обманули. Артем почувствовал, как тело содрогнулось и его вдруг стошнило, а в глазах потемнело. «Черт! Черт! Черт!» — повторял он, протирая глаза, как будто надеялся, что труп исчезнет.
— Иди на воздух. Я сам тут разберусь.
Артем не стал спорить. Ему казалось, еще минута — и холодные стены подвала раздавят его. Он медленно встал и ушел, оставив Чеко наедине с очередной страшной тайной, которую им придется делить.
Оставшись один, Чеко глубоко вздохнул. Он сел на стул, чтобы дать тошноте отступить, вернуть ясность мыслей и уже потом взяться за дело. Получалось с трудом, но времени не было, и Чеко обреченно обвел взглядом лужу крови и мертвого Ларионова.
Тело плохо слушалось, каждое движение давалось через силу. Он пригнал большую тележку, спрятал труп в мешок и водрузил на нее, а потом кое-как вытер полы. Он думал о том, чтобы позвать на помощь Слона, но каждый раз сжимал зубы и отказывался от этой мысли. Чем больше людей знали, тем больше вероятность, что правда дойдет до Кристины. А значит, он должен справиться в одиночку.
Он накрыл тележку несколькими слоями брезента и поднялся с ней в избушку. Он кивнул Черной Ладье и собирался просто выйти, но хитрый блеск в ее глазах остановил его.
— Значит прикончили.
Чеко застыл и ошарашенно взглянул на нее. Ее лицо страшно вытянулось, она походила на демоническую старуху с острыми зубами. Чеко моргнул и отряхнул видение.
— О чем ты? — равнодушно спросил он.
Черная Ладья скривилась в усмешке.
— Мое дело наблюдать. Я ведь помню всех, кто входит, и всех, кто выходит и всех, кого выносят тоже. Работа у меня такая.
Чеко с трудом заставлял себя думать. Что от него хотела эта старуха? Он уставился на нее утомленным взглядом, и улыбка на ее лице стала еще шире.
— А Король в курсе? — спросила она.
Чеко потянул тележку к двери.
— Выполняй свою работу, Черная Ладья. Болтать в твои обязанности не входит.
— Ну, я ведь все равно доложу. Или ты не его боишься? Переживаешь, что Королева узнает?
Чеко остановился. Ему хотелось бросить все и просто раствориться в воздухе. К черту эту паршивую жизнь. Он никогда не знал ничего хорошего, а теперь уже и не узнает. Он вздохнул.
— Выполняй свою работу, — процедил он.
Не дожидаясь ответа, он выкатил тележку наружу и захлопнул за собой дверь. Прохладный влажный воздух заполнил легкие, и стало немного легче. Чеко знал, что старуха заговорит об этом с Артемом, но переживать было не о чем. Она ничего не посмеет сказать Кристине, пусть Артем об этом позаботится. А ему нужно делать грязную работу.
Чеко шел к дальней лесной поляне, где заранее вскопал яму. Когда он бросил туда мешок с телом Ларионова, ему снова стало плохо до тошноты. Второй раз за месяц он закапывал трупы. Что не так с его чертовой жизнью?
Хотелось закончить быстрее, но ноги заплетались, руки тяжело свисали, пальцы замерзали даже сквозь перчатки. Уже начало темнеть, когда Чеко разравнял могилу и, отложив лопату, сначала сел, а потом лег на землю. Он смотрел на темно-серое осеннее небо и едва сдерживал рыдания. Завтра он снова вернется к жизни, а сейчас, пусть ненадолго, хотелось просто притвориться мертвым.
Холодные капли ударили по лицу, проникли под куртку, обжигая грудь. Чеко тяжело вздохнул и встал. Лопату и тележку он спрятал в кустах, решив, что заберет потом. Он вдруг заметил, что обронил свой кожаный браслет, но даже не попытался найти его. Вернуться в комнату и отключиться: вот все, о чем он мечтал.
Кристина спала так долго и глубоко, что не сразу вспомнила последние события, когда проснулась. Ее сон был не просто передышкой от реальности, а скорее далеким путешествием куда-то вглубь себя, где все светилось ярко-оранжевым и парило в невесомости. Взявшись за телефон, она не могла поверить, что проспала больше суток и никто даже не попытался ее разбудить. Ни Чеко, ни Артем не брали трубки, и она решила первым делом разобраться с голодом, а уже потом отправиться на их поиски.
Время обеда уже прошло, и в столовой никого не осталось, кроме Анны и Шахзоды, которые мыли посуду. Кристине не хотелось есть одной в окружении торчащих как пики ножек стульев, водруженных на столы. Девушки дали ей еды с собой, и она вышла на улицу.