— Думаю, нам удастся заручиться поддержкой кронпринца Густаво или Арнила, и его не заключат в тюрьму. Но что касается титула — боюсь, это никто не сможет решить, кроме Трена и герцога Атии.
— Атийское герцогство меня мало волнует, — призналась Акме. — Аберфойл Алистер сделает все, чтобы его сын не наследовал титул, если женится на мне. Или найдёт ему другую жену.
— Ты потомок царей Карнеоласа и Атии. У тебя больше прав на Атию, чем у Гаральда.
— Глупости. В обоих царствах власть сменилась три сотни лет назад. Тени прошлого никого не интересуют.
— Увы, полагаю, тебя не подпустят к креслу Атийской герцогини никогда. Не потому что ты не знатна. Наш род намного более знатный, чем род Вальдеборгов или Прациев. Мы — угроза. Всё, что происходило в Иркалле, при первой возможности доложат королю. Тот же Авдий.
— Единственное, чего я хочу, — убраться подальше от всего этого, когда закончится война, — вздохнула Акме. — Гаральд обещал мне домик на побережье.
Лорен возвёл глаза к потолку и засмеялся.
— И ты поверила ему?
Акме мрачно поглядела на брата.
— Не должна была?
— Я очень надеюсь, что всё так и будет. Но если ему дадут выбор — титул или ты, я хочу, чтобы ты была готова к его выбору, — Лорен горько нахмурился. — Прошу, не злись на меня, сестра. Я хочу, чтобы ты здраво смотрела на вещи.
— Я здраво смотрю на вещи, — отчеканила Акме. — И я понимаю твою позицию. Но ты когда-нибудь пытался начать доверять Гаральду? Он нарушил приказ короля, оставил вас в Мернхольде и помчался меня искать. И нашёл!
— Поэтому я буду очень счастлив, если Гаральд решит все свои проблемы, и вы заживёте счастливо, будь то домик на побережье или герцогская резиденция в Эридане.
— Вон Плио. Иди к ней. А то она решит, что тебе не хватает духу сделать ей предложение, — мрачно сказала Акме и направилась искать Гаральда.
По пути она увидела Сатаро. Он неприступной скалой сидел неподалёку от саардцев и пусто смотрел перед собою. Никто не хотел прерывать его задумчивости. Он покачивал цепь кистеня, что придавало ему ещё более людоедский вид.
Акме вздохнула, чувствуя, что грядущий разговор ни к чему не приведет, и смело направилась к нему. Невысокая девушка нависла над ним всепоглощающей бурею, тьмой своею закрывая небеса Иркаллы.
Мужчина смерил ее особо суровым взглядом, но не произнес ни слова.
— Как ты себя чувствуешь? — мягко осведомилась она.
— Лучше, чем твой атийский принц, — буркнул тот.
Акме вздохнула, но отступать не намеревалась. Гаральд Алистер стоял неподалеку и делал вид, что тихо переговаривается со своим капитаном. На самом же деле он буравил внимательным взглядом Сатаро, будто каждую секунду ждал от него подвоха.
— Тебе следует обратиться к Лорену. Он избавит тебя от шрама. И будет только рад помочь тебе.
— Я не нуждаюсь ни в чьей помощи, — последовал ответ.
— Сатаро, — все столь же мягко произнесла Акме, сев рядом с ним. — Ты ведешь себя так, будто я тебя обманула. Между тем я не давала тебе никаких поводов думать…
— Я не говорил, что ты обманула меня, — рыкнул Сатаро, смерив ее презрительным взглядом. — Я до сих пор не могу понять, чем этот королевский шпион, сынок герцога, лучше меня! Я не обманывал и не убивал людей ради каких-то призрачных благ короля или государства! Да что еще есть в нем такого, что превосходит меня? Титул? Ты слишком горда для этого.
— А разве любят за что-то?
Сатаро внимательно поглядел в её черные, словно омут, живые глаза, и фыркнул:
— Если такова твоя политика, стало быть, и меня полюбить ты сможешь не хуже.
Акме мрачно усмехнулась и процедила:
— Нет, Сатаро, я не могу столь же легко променять одного человека на другого.
Светлые глаза Сатаро полыхнули светом гнева, и он ответил:
— Он ли не предатель? Он наследник Атии, будущий отец народа. Что скажут его атийские дети, если такая, как ты, будешь лезть им в мачехи? Сила твоя дарована тебе черти кем. Атийцы будут бояться тебя и ненавидеть. В конце концов, выгонят тебя прежде чем ты сможешь что-либо доказать им. Гаральд выберет свой народ, ему не положено выбирать что-либо еще. Он обречен, он связан. Я же не дам тебя в обиду. Я повернусь спиной ко всем, лишь бы ты была счастлива. Я сделаю для тебя все, что ты захочешь!
— Я надеюсь, это наш последний разговор на эту тему.
Акме резко поднялась и, разыгрывая непроницаемость, спустилась по лестнице и укрылась за стеной водопада и тьмой пещеры, чтобы там, в тайне ото всех поведать Иркалле, своему врагу и цитадели, о своих горьких сомнениях.
Акме не могла заснуть. Ей было холодно, как бы она не заворачивалась в одеяло, и до бессонницы хотелось поговорить с Гаральдом, вновь услышать его спокойный глубокий голос, заглянуть в его сияющие глаза, сказать ему все, что он хотел бы услышать. Девушка несколько раз поднималась и оглядывала лагерь — мужчины не было.
