Закончив с обработкой, блондин перешёл к перевязке, что нравилось брюнету гораздо больше, чем терпеть бесконечную боль, вызываемую обеззараживающим. Руки блондина мягко скользили по его лодыжке, закрывая рану от внешнего мира.
— Ты даже ничего не спросишь? — прервал молчание Томас, поймав на себе тяжёлый взгляд. — Даже не попытаешься меня попытать?
— Разве я похож на зверя, Томми? — усмехнулся тот, продолжая своё занятие. — Если бы ты хотел мне что-то рассказать, то рассказал бы. Я не собираюсь принуждать тебя верить мне.
— Почему Тереза так отреагировала на мою рану? И что такое Воронка?
— Это смертельный яд. Ты ведь помнишь, откуда у тебя эта рана, верно?
— Я просто наткнулся на агрессивный цветок. Ну, откуда мне было знать, что цветы кусаются?! — Развёл руками брюнет.
— Это был не просто цветок, а ядовитый представитель семейства венерины мухоловки — его ещё называют Виненум. Видящие уничтожали его десятилетиями, а теперь, встретив тебя, мы узнаём, что в мире ещё остались цветы Виненума.
— Но почему их уничтожали? — не выдержал Томас.
— Знающие персоны могут воспользоваться им, чтобы найти наше убежище. Как ты уже догадался, люди без дара не смогут пройти сквозь стену, а этот цветок — что-то вроде их пропуска на другую сторону. Сначала я думал, что тебя убивает твой дар, который ты был не готов принять, но только сейчас понял, что это было всего лишь воздействием яда.
— Что теперь делать?
— Всё можно вылечить, если знаешь, от чего лечить, — пожал плечами блондин, заканчивая перевязку. — Примерно через неделю ты сможешь вернуться на поверхность или же остаться, чтобы пройти обучение. Решение принимать тебе и только.
Парень придвинулся чуть ближе к верхней части брюнета, осматривая царапины на его груди. Порезы там были небольшими, но тоже требовали обработки, чтобы избежать заражения.
— У меня такое чувство, что ты не шёл по лесу, а полз, — усмехнулся блондин, проводя ладонью по коже брюнета. — Как это вышло?
Тот слишком зациклился на нежной руке, которая находилась на нём, что прослушал вопрос. Он был полностью сосредоточен на холодных пальцах, плавно скользящих по его груди. Когда каждая царапина была смазана, брюнет смог расслабиться. Живот Томаса громко заурчал, вновь напоминая о себе, из-за чего Ньют хлопнул тебя по лбу, поднимаясь на ноги.
— Чёрт, я забыл, что тебя нужно покормить, — его голос звучал немного нервно. — Слушай, мне нужно, чтобы ты рассказал про Виненум: надо избавиться от него, пока он не попал в чужие руки. Я попрошу Соню, чтобы она присмотрела за тобой и принесла еды. Спать сегодня будешь здесь, а завтра определим тебя куда-нибудь. Моя кровать в соседней комнате, так что если что-нибудь понадобится, кричи во всю глотку. Я не могу обещать, что ты не получишь по шее за это, но, в любом случае, я подойду.
Брюнет тихо рассмеялся, вызывая у Ньюта улыбку — на самом деле парень ещё никогда не видел человека, которому бы улыбка шла так же сильно, как этому блондину. Он давно не считал его странным и агрессивным, только всей душой желал узнать Ньюта ближе, начать с ним доверительные отношения. Больше всего брюнет сейчас хотел завести верных друзей, которые помогут ему выжить в новом мире, а Ньют — человек-загадка, которую хотелось отгадывать каждый день вновь и вновь, открывая для себя что-то новое. Он не был похож на других, но не только внешне: его внутренний мир был настолько особенным, что парень не желал открывать его другим, оставляя свои секреты, желания в потаённой комнате. С раннего детства Томас любил головоломки, и вот ему попалась самая сложная из них. Теперь ему точно будет чем заняться, коротая время в постели.
***
Как обещал блондин, Соня пришла примерно через час с подносом в руках. Едва она вошла в комнату, живот парня почувствовал аппетитный запах еды, принимаясь капризничать. Томас не знал, сколько сейчас времени и сколько он уже пробыл под землёй; он даже не знал: день сейчас или ночь. У Сони не было смысла что-либо спрашивать — она бы всё равно не ответила.
Вежливо поблагодарив её, Томас с аппетитом набросился на сочный стейк, лежавший у него на тарелке. Он знал, что ему следует есть немного медленнее, но был не в силах сделать этого. К мясу прилагалась картошка с салатом и стакан апельсинового сока. Набив желудок, парень зарылся носом в подушку, погружаясь в свои мысли. Он думал о предстоящем выборе между «уйти» и «остаться», думал о своих новых знакомых, особенно о том, почему Соня не разговаривает. Этот вопрос интересовал его на данный момент больше всего. Что же такого могло произойти? Существует множество причин, по которым можно отказаться от собственного голоса. Всё слишком запутанно.
