Роман взбесил его. Он его задел, обидел так, что недели две Михаэль избегал автора. И не знал почему.
Михаэль прогнал эти мысли, засунул руки в карманы и не спеша зашагал от дома. Репортёр последовал за ним, но больше ничего не сказал, довольствуясь сигаретой и молчаливым обществом Михаэля. Михаэль даже подумал, что репортёр в нем разочаровался, а вышел с ним, чтобы только покурить.
Они дошли до бассейна. Замёрзшие купальщики, дрожа, стояли на краю, кутаясь в махровые простыни. Только один молодой человек все ещё плескался в воде, но и он вряд ли выдержит долго. Даже Михаэль, одетый в джинсы, пуловер и куртку, начал зябнуть. Он ещё раз удивлённо глянул в сторону отчаянного купальщика и направился к объекту, ради которого, собственно, и вышел из дома.
То был тролль. Вблизи он казался ещё натуральнее и страшнее, чем издали. Он тоже был под два метра ростом, но из-за массивности казался почти квадратным. Цвет его кожи трудно было определить: что-то среднее между чёрным и коричневым, а лицо практически отсутствовало. Как и у его зеленокожего родственника на другой стороне сада, у тролля не было зрачков, но глазные яблоки светились не белой слепотой, а зияли сплошной жуткой чернотой. И хотя Михаэль не сомневался, что монстр сделан из пластика и проволоки, от него исходила почти ощутимая сила. И опасность.
Опять у Михаэля мороз прошёл по коже, и опять это не прошло незамеченным.
- Ничего монстрик, а? - Репортёр затянулся сигаретой и выпустил троллю в лицо облако едкого дыма - Интересно будет посмотреть, каков он на экране.
Вонючий дым дошёл и до Михаэля, и он демонстративно закашлялся и. потёр глаза, и в этот момент...
То ли от дыма, то ли от его собственной нервозности или от того тошнотного состояния, которое не оставляло его с первой минуты, но ему на миг показалось, что каменное лицо тролля с отвращением скривилось, а в глазах вспыхнуло пламя гнева. Это мимолётное видение исчезло так же быстро, как и возникло, но Михаэль секунд десять испуганно таращился на тролля. И только потом сообразил, что репортёр что-то произнёс.
- Вы что-то сказали? - хрипло спросил он.
Ужас отчётливо слышался в его голосе, и репортёр растерянно посмотрел на него, прежде чем повторить свои слова:
- Я сказал, интересно будет посмотреть на него в кино.
- В кино? А что, будут снимать?
- А ты не знал об экранизации?
Михаэль скользнул взглядом по недовершённому лицу тролля. На сей раз он уже не сомневался, что некое подобие злорадной усмешки на морщинистых губах монстра только почудилось ему.
- Об экранизации чего? - спросил Михаэль, хотя и сам уже догадался.
Репортёр страдальчески закатил глаза, словно недоумевая, то ли Михаэль на самом деле такой идиот или только прикидывается.
- Одна американская кинокомпания взялась экранизировать «Подземный мир». Насколько мне известно, Вольф уже строчит сценарий. - Он сделал размашистый жест. - А иначе чего бы здесь торчать всем этим киношникам? Не ради сосисок же они сюда пришли.
- Нет, - пролепетал Михаэль. - Но это... нельзя. Ой не должен. Нельзя снимать фильм...
Он начал заикаться и совсем смолк.
- Почему? - спросил репортёр, Том был вполне мирный, но в голосе уже появились подстерегающие нотки, как будто охотник почуял добычу.
Михаэль нервно оглянулся на тролля, на репортёра и переминался с ноги на ногу, придумывая подходящую отговорку. Надо ли повторять, что он и сам не знал, почему сказал это. Он знал только одно: фильм снимать нельзя. Ни в коем случае.
- Лично я тоже ничего не нахожу в этих фильмах- ужастиках, - продолжал репортёр, не дождавшись от Михаэля объяснений. - Но я должен признать, что фигурки получились ничего. Оторопь берёт. - Он бросил окурок на землю и затоптал его каблуком, провертев в ухоженном газоне ямку.
Михаэль чувствовал на себе взгляд репортёра, и даже если этот человек раньше не строил никаких расчётов на ошеломляющую новость, само поведение Михаэля наталкивало его на охоту за сенсацией. Михаэль принудил себя улыбнуться и хотел уже отпустить шутливое замечание по этому поводу, но тут краем глаза отметил какое-то движение, привлёкшее его внимание. Что-то двинулось в бассейне, по воде беззвучно пробежала дрожь, словно от резкого движения пловца. Но последний пловец уже покинул бассейн. И ничего в него не упало. Бассейн был освещён и прозрачен до самого дна. С другой стороны, не один Михаэль заметил эту странность. Несколько гостей сразу оглянулись на поверхность воды и затем, пожав плечами, вновь вернулись к прерванным разговорам.
Ситуация становилась все абсурднее. Он видел несуществующие вещи, воспринимал отсутствующие движения и вспоминал о том, чего не было... Что же с ним творится?
- Не вернуться ли нам в дом? - предложил его спутник. - Вид у тебя не самый радостный.
Михаэль подумал, что это самое большое преуменьшение года, но ничего не сказал и зашагал по газону к дому.