- А ты ляг и поспи - сказала она. - У тебя усталый вид. А у Эрлика будет к тебе много вопросов. Может быть, добавила она с виноватой улыбкой, - даже больше, чем у: меня.
Михаэль открыл дверь, бегло взглянул на стражника и спросил у Лизы:
- А что с Вольфом? С ним можно поговорить?
- Думаю, нет, - ответила Лиза. - Но ты за него не беспокойся. Его хорошо содержат. Хендрик о нем заботится.
- Хендрик?
- Мои брат. Ты с ним ещё познакомишься. Ты видел его в окне, он мне рассказал.
Значит, лицо в окне напротив ему не примерещилось. Лиза быстро удалилась. Михаэль смотрел ей вслед, пока не наткнулся на мрачный взгляд стражника. Он быстро отгородился от него дверью и почувствовал, что действительно устал. У свежезастланной кровати был такой манящий вид. Михаэль подумал, что ему не повредит прилечь. Он не собирался засыпать, но уже через пять секунд спал как убитый.
Казалось, в этот день время протекало с разной скоростью: сперва оно долго стояло на месте, а когда стемнело, понеслось вперёд с удвоенной быстротой.
Михаэль обыскал весь дом от подвала до чердака, заглянув буквально в каждый уголок, в каждый закуток, где могло бы спрятаться такое существо, как блуждающий огонёк, но нигде не обнаружил Двицеля. Первоначальное беспокойство переросло в страх, а вскоре и в панику, поскольку в доме Двицеля не оказалось, а это означало для него верную смерть.
Когда Михаэль бегал из комнаты в комнату, родители поглядывали на него с тревогой, но не задали ни одного вопроса. Позднее он понял, что у них и своих забот хватало. Когда стало смеркаться, они отправились в спальню, чтобы переодеться для ужина, но задержались там, и Михаэль, проходя мимо дверей, слышал их негромкие голоса. Слов он разобрать не мог, да и не хотел, потому что подслушивать других было не в его обычае, однако по тону разговора понял, что предстоящий ужин их мало радует.
Михаэль тоже не особенно радовался. Он целый день подыскивал повод, чтобы остаться дома. Но что-то подсказало ему, что родители не посчитаются ни с каким предлогом. В конце концов, они отправлялись вместе поужинать не для того, чтобы провести приятный вечер или отвлечь Михаэля от треволнений минувшей ночи, а для того, чтобы поговорить.
Однако мысли его были заняты не предстоящим ужином, а Двицелем. Наверное, уже в пятнадцатый раз он спускался по лестнице в подвал, чтобы в пятнадцатый раз обыскать там каждый сантиметр. Он был уверен, что в пятнадцатый раз не найдёт блуждающего огонька, но сидеть у себя в комнате сложа руки было выше его сил. И хотя он настойчиво предупреждал Двицеля об опасности, грозившей ему в случае побега, в его исчезновение он винил только себя. Блуждающий огонёк был совсем беспомощен в этом чуждом ему мире. Михаэль не простил бы себе, если бы с Двицелем что-то случилось.
Он включил свет, осмотрелся в просторном, тщательно убранном подвале и начал обыскивать полки с отцовскими инструментами. Отец был человек аккуратный, вещи у него не валялись как попало, а для каждого винтика и гвоздика была предусмотрена своя коробочка из цветной пластмассы. Михаэль часто посмеивался над педантизмом отца, но сейчас благодарил небо за этот избыточный порядок, облегчавший ему поиски. И хотя он уже делал это несколько раз, снова стал передвигать коробочки и ящички с места на место, заглядывая за каждую картонку, и наконец встал на четвереньки, чтобы осмотреть самую нижнюю полку. Результат был тот же, что и до сих пор: ничего. Михаэль встал и перешёл к другим полкам. А когда повернулся к верстаку, вдруг услышал какой-то шум.
Он остановился, сердце его заколотилось, грозя своим стуком заглушить все звуки мира. Но они повторились, и теперь Михаэль понял, откуда они идут. Из-за двери, ведущей к системе отопления.
Раньше Михаэль, разумеется, искал и там и сейчас, наверное, исключил бы это помещение из поиска, поскольку там, кроме котла отопления, не было никакого уголка, где могла бы затаиться даже мышка. Но теперь он бросился туда, распахнул дверь, включил свет и крикнул:
- Двицель, ты здесь?
Неоновая лампа под потолком помигала, и наполнила помещение холодным светом. Ослеплённый в цервый момент, Михаэль проморгался, закрыл за собой дверь и осмотрелся. Большой красный котёл отопления тихонько гудел, Михаэль заглянул за него, даже поднял глаза к потолку, но Двицеля нигде не было. Может быть, шум лишь почудился Михаэлю или был вызван работой отопления. Разочарованный, он хотел уже выйти, но тут шум повторился; и гораздо громче.
Михаэль замер и отчётливо услышал, как под ногами что-то скребёт, но не как не мышка, а гораздо громче. Как если бы мышш была величиной с телёнка и. имела стальные когти.
И гут же воображение Михаэля подсказало ему картину: громадная трехпалая лапа с когтями прорьвшись сквозь почву, разворачивает бетон. Он испуганно глянул вниз и с ужасом заметил трещину в бетонном полу. Несколько секунд назад этой трещины не было. И он вдруг вспомнил, как отец говорил ему сегодня о трещине в бетонном полу гаража.