— Что ты делаешь? — воскликнула Нино.
— Так положено сама знаешь где. Правда, туда надо опустить звёздочки, но обойдёмся без этого.
— Но я…
— Это традиция. До дна.
— Спасибо тебе, Витя, за всё.
Нино резко опрокинула стакан. Едва не задохнулась, но справилась всё-таки.
Прямо, смело, нарочито посмотрела мне в глаза.
Закусила оливками, а потом несколькими тонко нарезанными ломтиками ростбифа.
— Ты не жалеешь? — спросил я её.
— Нисколько! Помнишь, как мы ещё чуть больше десяти лет назад издевались над словом «идейная»?
— Конечно. Типа сумасшедшая комсомолка или коммунистка.
— Именно. А сейчас я уже по-другому думаю. Идейного не купишь, не перекупишь. Идейным не нужны богатства. Им нужны деньги, но только чтобы прожить. И заставить идейного невозможно. Идейный, как герой повести Джека Лондона «Мексиканец», всегда найдёт возможность победить. Я горжусь тем, кем стала. Мне нравится моя профессия. Я о такой даже и не мечтала. Ты даже не можешь себе представить, как мне всё нравится. В этой профессии я самая настоящая идейная, как те дуры из парткома.
— Отлично сказала. Сам об этом думаю. Но мне моя нынешняя профессия не нравится. Я пришёл в неё, скорее, под давлением обстоятельств, и мне сложно. Я мечтал совсем о другой карьере.
— А я обожаю перевоплощаться. Обожаю играть с людьми. Обожаю добиваться своего! То, чем я занимаюсь, было бы лучше, чем театр, если бы были зрители. Как мне их не хватает!
— Я твой зритель, иногда в зрительный зал заходит Вильте, и Родина смотрит на твоё творчество.
— Мне не хватает оваций, цветов, афиш, поклонников и признания. Как я об этом мечтала!
Я кивком головы подозвал официанта и на ухо ему объяснил, какие три букета цветов принести.
— Нино, ты стала сама знаешь кем — это признание. Признание многих миллионов человек. Не исключено, что за наши с тобой дела Родина нас отметит как-нибудь государственными наградами. Это будет овация миллионов. Давай-ка выпьем.
Как только мы закусили, пришёл официант и положил букеты на соседний столик.
— Нино, это тебе от твоего верного поклонника, самого преданного зрителя твоего театра — от меня. За твой талант! Ты лучшая в мире актриса!
Вручил ей самый красивый букет — композицию из разных цветов.
— Этот букет от имени многих миллионов зрителей, которые нас не видят, но знают, что мы есть. Я хочу, чтобы он символизировал для тебя миллион алых роз.
Вручил второй букет из ста одной алой розы.
— А это букет от нашей фирмы.
Вручил ей скромный букет из пяти красных гвоздик.
— Я потрясена, — промолвила Нино.
— Пойдём на воздух.
Мы спустились к прибою.
Я достал листик с рисунками эмблем ГРУ Генштаба и Главного оперативного управления Генштаба.
— Как видишь, знак ГРУ скромный и аскетичный, состоит из красных гвоздик. Это символично, так как малая эмблема нашей с тобой фирмы состоит из изображения серебряной трёхпламенной гренады (а это исторический знак гренадёров — наиболее подготовленных военнослужащих элитных подразделений) на стилизованном цветке красной пятилепестковой гвоздики, лепестки которой имеют по пять зубцов и окаймлены серебряным кантом. Красная гвоздика — это символ стойкости, преданности, непреклонности и решимости в достижении поставленных целей.
Мне нравится этот скромный, аскетичный, лаконичный знак (эмблема), он точно передаёт суть военной разведки.
— Смотри, как выглядит знак (эмблема) нашего основного заказчика, Главного оперативного управления Генштаба.
— Шестопер — это символ военного верховенства и руководства, свиток карты с изображением синей и красной стрел — основные функции Главного оперативного управления в части планирования применения Вооружённых Сил Российской Федерации и оперативного управления войсками (силами) в военное время. Хочу, чтобы ты хорошо понимала, кто пользуется той информацией, которую мы с тобой достаём, и кто требует от нашей фирмы тематику. Позднее мы с тобой изучим структуру нашего Генштаба и министерства — это необходимо, для того чтобы у тебя в голове всё сложилось. Мне важно, чтобы ты понимала, а не просто делала, что я тебе говорю.
Листик с рисунками сжёг.
Мой замысел выглядит со стороны несколько пафосно, но символично, особенно с учётом творческой натуры моей подчинённой. Для такой натуры всё, что я проделал, — вовсе не фанфары виртуальные и не «брызги шампанского». Она пришла в военную разведку по призванию, по зову сердца и души. Вроде бы…
Сложно это понять? Очень.
