Шамфор впервые посмотрел на него — до тех пор он стоял вполоборота к посетителям и не поднимал глаз. Его мохнатые черные брови взлетели к полуседым курчавым волосам, толстые негритянские губы раскрылись.
— Да что это с вами, Лоран! — с ужасом сказал он. — Вы черт знает на что похожи! Больны вы, что ли?
— Нет, просто устал. И потом — Сиаль-5. Вы же знаете… — Профессор Лоран криво усмехнулся.
— Черт знает что! — повторил Шамфор растерянно. Он уселся рядом с профессором, кивком указал Альберу на стул. — Так-так! Вот она, эта ваша штука в действии. Помните, как вы ликовали тогда: «Сиаль-5 помогает обгонять время! Он помогает красть время у самого себя, вот что». Есть предел физиологической выносливости организма, я ведь вам говорил.
— Я слыхал. Нет предела только для ваших полупроводников.
— Конечно. На то они и полупроводники, — не то насмешливо, не то грустно отозвался Шамфор. — Ладно, я сдаюсь, вы добили меня своим видом. Выкладывайте, что вам нужно от моих полупроводников и пластмасс.
Он слушал, и толстые губы его кривились в презрительной и жалостливой усмешке.
— Ну к чему это все, Лоран? — сказал он наконец. — Я сделаю, конечно, мне это не так уж трудно. Почти все может сойти за заказ для клиники, ну, а остальное я как-нибудь тоже объясню своим ребятам… Ох, и надоели мне эти ваши тайны! Но скажите: чего вы хотите добиться? Вам мало Сент-Ива, хочется и самому вслед за ним? Вы видите: я даже сердиться на вас перестал, уж слишком меня пугает то, что вы делаете с собой. Сколько вы еще рассчитываете протянуть в таких нечеловеческих условиях? И во имя чего?
Профессор Лоран молчал, откинувшись на спинку кресла и закрыв глаза.
— Я в самом деле очень устал, Шамфор, — тихо сказал он наконец. — Я и сам не знаю, долго ли протяну. Но если я брошу дело, не докончив, то мне прямая дорога либо в Сену, либо в психиатрическую клинику. Я этого наверняка не выдержу. Да и как бросить? Вы не вполне представляете себе, в каком положении у меня дела… — Он опять помолчал. — Я обычно чувствую себя лучше — очевидно, резкая перемена обстановки… свежий воздух… Я ведь больше года сидел взаперти, даже в сад боялся выйти…
— Сделать вам укол? — спросил Шамфор.
Профессор Лоран отрицательно покачал головой:
— Нет, просто придется принять добавочную дозу…
Он достал из стеклянной трубочки желтую крупинку, проглотил ее и опять откинул голову на спинку кресла. Через минуту-две лицо его оживилось, глаза заблестели.
— Вот вам Сиаль-5 в действии, — заметил он с иронической усмешкой. — Опыт, как в лаборатории.
Шамфор шумно вздохнул:
— Повторяю, мне хотелось бы знать, чем и когда кончится вся эта занимательная история. Чего вы рассчитываете добиться в ближайшее время?
— Демонстрации, — сказал профессор Лоран. — Мишель, в сущности, почти готов для демонстрации. Но хотелось бы еще подготовить, по крайней мере, Франсуа. Одного мало. Специалистам можно показать и Пьера, и Поля. Они оценят. Но для широкой аудитории Пьер и Поль не подходят. А одного Мишеля — мало. Поэтому я и просил вас сделать Франсуа лицо. Только индивидуальное. У Мишеля слишком правильные черты, а это производит неестественное впечатление. Я сам этого не замечал, но вот Дюкло говорит… да и другие тоже…
— Ах, у вас большой штат? — живо заинтересовался Шамфор. — Вы все-таки решились?
— У меня три помощника. Со вчерашнего дня, — неохотно ответил Лоран. — Да, так вот, Франсуа нужно было бы что-то простое, волевое, может быть, грубоватое… как бы вам объяснить? И не белое лицо, а смуглое или слегка красноватое. Я бы и Мишелю переделал лицо, да боюсь его травмировать: он слишком нужен мне…
Шамфор думал, смешно оттопырив толстые губы.
— А если б я с вами пошел, Лоран? — вдруг сказал он. — В вашу лабораторию? На месте было бы легче сообразить, что и как вам сделать.
— Это самое лучшее, что можно придумать! — Лоран встал, подошел к Шамфору, поглядел ему в глаза. — Мне кажется, что я возвращаюсь в прошлое…
Шамфор отвел глаза. Лицо его, только что сиявшее оживлением, помрачнело.
— Прошлого не вернешь, — сказал он. — Не вернешь ни жизни Сент-Иву, ни здоровья вам… Ну ладно, показывайте мне свою чертовщину.
На улице Лоран вдруг забеспокоился и настоял на том, чтобы взять такси.
— Меня слишком долго не было в лаборатории, — сказал он. — А Жозеф и Леруа — новички.
— Удачно я вас привел, Шамфор, нечего сказать! — Профессор Лоран устало провел рукой по лбу и повернулся к Мишелю. — Ты же за ним наблюдал. Как ты мог допустить это?
— Я ожидал совсем другого, — сказал Мишель. — Я убрал от него все опасные предметы. Я думал, он нападет на нас. А этого я не мог предусмотреть… это слишком нелепо.
— Вот как! — вмешался Шамфор. — Ты, значит, считаешь, что самоубийство нелепо, а убийство — нет?
— Убийство тоже нелепо, — спокойно пояснил Мишель. — Полю нет никакого смысла убивать меня или профессора. Но у Поля есть представление, что мы его ненавидим. Кроме того, у него, как и у всех нас, бывают опасные вспышки двигательного возбуждения.
Шамфор не отрываясь глядел на него.
— Как у всех, сказал ты? — переспросил он. — Значит, у тебя тоже?
