— Да, сэр. Наши патрульные еще обыскивали здание, когда я уходил, но мне кажется, что они никого не найдут. Возможно, кто-то и видел преступников в здании или на вашем этаже. Может быть, кто-то поднимался с ними в лифте. Туда приедут детективы, они опросят всех в доме. Возможно, удастся получить описание преступников. Впрочем, я думаю, ваша дочь сможет и сама описать их, как только почувствует себя лучше.
Пол покачал головой.
— Их никогда не находят, этих скотов, не так ли?
— Иногда мы их ловим.
Пол бросил взгляд в сторону двери в коридоре. Когда же они сообщат ему хоть что-нибудь? Он уже начал закипать.
— Они делают все, что могут, — сказал полицейский, — и было нелепо, кого он имеет в виду — детективов или врачей. Он неуклюже поднялся, гремя своим снаряжением, свисавшим с ремня. Массивная рукоять револьвера оказалась на уровне глаз Пола. — Я не должен был задерживаться здесь так долго. Пора возвращаться к напарнику. Если понадоблюсь, позвоните в участок и спросите меня, Джо Чарлза. Жаль, что ничем не смог помочь.
Пол молча смотрел на мрачное лицо негра. Джек протянул руку:
— Вы были очень добры.
Они очень долго сидели в ожидании врача. Джек машинально предложил Полу сигарету. Пол только покачал головой. Он никогда не курил. От окурка Джек прикурил новую сигарету. Пол мельком взглянул на надпись в коридоре «Не курить», но ничего не сказал.
Время тянулось невыносимо медленно… Пол в изнеможении опустил голову, ему казалось, что она весит полтонны.
— По крайней мере они могли бы поговорить с нами, Джек. Черт побери, ну что стоит послать сюда кого-нибудь на минуту? Ты уверен, что они знают, что мы здесь?
— Я разговаривал с врачом, когда мы приехали сюда. Он знает.
— Вероятно, он очень занят.
— Все равно мог бы послать кого-нибудь, — обида прозвучала по-детски, Джек понял это и умолк.
Пол откинулся и стал следить за тем, как, клубясь, дым от сигареты поднимается вверх.
— Что из себя представляет этот доктор?
— Молодой.
— Жаль, что мы не смогли найти доктора Роузина.
Полу потребовалось много времени, чтобы привыкнуть к своему зятю, и он все еще чувствовал себя неуютно рядом с ним. Кэрол навязала им Джека: сбежала и вышла замуж, поставила их перед фактом. Эстер всегда придавала большое значение достойной церемонии брака; ее огорчение подхлестнула неприязнь Пола к этому молодому человеку. У них не было необходимости сбегать, никто не запрещал этот брак. Они заявили, что убежали для того, чтобы избавить Пола и Эстер от расходов на свадьбу. Скорее всего они просто подумали, что так романтичнее. Но что же это за романтика такая — жениться в присутствии мирового судьи?
Чтобы поддержать существование семьи в жалкой квартирке на Дикман-стрит, Кэрол работала первые три года секретарем. Джек тем временем заканчивал юридический факультет в Колумбийском университете. Пол и Эстер не знали, какую помощь оказать им. Гордые и независимые молодожены принимали всякую помощь с большой неохотой. Пол двадцать три года оберегал своего единственного ребенка, и теперь ему трудно было понять ее легкомысленное отношение к убожеству Дикман-стрит, к маленькой квартирке, где никак не удавалось избавиться от тараканов. Вскоре Джек сдал экзамены, получил диплом и работу в бюро юридической помощи, и они переехали в Уст-виллидж, поближе к его конторе; квартира была в старом железнодорожном здании, но более уютная.
В дверях появился пухлый молодой человек в белом халате и направился к нему.
— Ваша жена поправится.
Пол медленно поднялся, а Джек спросил:
— Как чувствует себя моя теща, доктор?
— Можно мне ее видеть? — добавил Пол.
Врач резко повернулся.
— Вы мистер Бенджамин? Извините, я не знал. — Это было извинение без сожалений. Очевидно, врач настолько устал, что на эмоции уже не хватало сил. — Я не… — он отвел взгляд. — Миссис Бенджамин умерла.
Проводить Эстер в последний путь пришли очень многие: близкие и дальние родственники, друзья, знакомые, соседи…
Джек стоял рядом с Кэрол, держа ее за руку. Как и ее отец, она не могла еще до конца осознать случившееся, но в отличие от него полностью ушла в себя. В ее глазах тускло светилась боль. Она выглядит ужасно, подумал Джек: какая-то застывшая, волосы прилипли к лицу. Обычно она привлекала внимание мужчин, но сейчас на нее нельзя смотреть без содрогания…
Отчасти это было из-за лекарств. В первые три дня Кэрол почти все время давали успокоительное, потому что, как только прекращали их давать, она сжималась, словно часовая пружина, и если к ней прикасались, ее тело начинало судорожно дергаться. Вчера Пол взял ее за руку — рука была холодная как лед, Кэрол выдернула ее, стиснула зубы и отвернулась. Она была в ужасном состоянии, и Пол беспокоился за нее. Джек согласился, что Кэрол, вероятно, придется показать психиатру, если Она не придет в норму через два-три дня…
Когда гроб опустили в могилу, Хэнри Иве, владелец фирмы, подошел к Полу и сказал:
— Разумеется, вам не нужно приходить на службу, пока не появится желание работать. Можем ли мы чем-нибудь помочь вам, Пол?
