К этому моменту задний двор имения заполнили участники ярмарки: почтенные дамы с мужьями, богатые старые девы и джентльмены всех возрастов. Младшие дети, которым полагалось вести себя чинно, носились по лужайке, во всю налегали на сладости, и Венеция следила за тем, чтобы подносы не опустевали. Ей некогда было присесть даже на минуту, но захмелевшего племянника леди Пембрук это нисколько не смущало.
Роберт улучил момент, когда в шатре не было слуг, и потянул Венецию за руку в спасительное укрытие. С заговорщицким видом он извлек из кармана медальон в виде сердечка на шелковом шнурке и приложил палец к ее губам, не давая сказать ни слова.
– Отличная затея, эта ярмарка, мне повезло, – прошептал он на ухо. – Я купил это для тебя – настоящий индийский перламутр!
Не дожидаясь согласия, Роберт надел украшение на шею Венеции, склонился и прижался к сладко пахнущим волосам. Она повернулась к кузену, пытаясь его вразумить, но вместо этого попала в ловушку, сопротивляясь поцелуям и невольно слабея в сильных, жадных руках. Легкая занавеска не могла скрыть их от остальных гостей и это еще больше щекотало нервы Роберта. Он прижался к ее губам, дразнил, ласкал, шептал слова, от которых на ее лице проступил яркий румянец.
– Ты меня погубишь, – наконец Венеция овладела собой и высвободилась из объятий, все еще чувствуя жар и головокружение. – Сейчас же уходи!
– Дай мне побыть рядом еще хоть одну минуту… – несдержанный шепот обжигал и сводил с ума.
– Перестань! Наше отсутствие заметят! Подумай, какие вопросы станет задавать леди Пембрук…
– Если ты волнуешься только об этом… ладно, я избавлю тебя от любых подозрений, только сначала поцелуй меня!
Венеция на мгновение прижалась к горячим губам, тут же выскользнула из объятий, и подтолкнула беспечного возлюбленного к выходу. Уходя, он еще раз оглянулся, послал воздушный поцелуй и с озорным, счастливым видом присоединился к гостям. Что означало «освобожу от подозрений», стало ясно совсем скоро. Пользуясь случаем, Роберт принялся ухаживать за обеими мисс Квин и это не осталось без всеобщего внимания.
Опрокинув очередной бокал, отец юных леди в полный голос заявил о том, что ему по душе такой будущий зять, и неважно, какую из дочерей мистер Бейли выберет.
– Это правда, что мой дед был торговцем, я этого не стыжусь! – заявил он во всеуслышанье. – Сейчас совсем не те времена! Слава богу, мои девочки получили хорошее образование, да и приданое у них неплохое. Я готов дать десять тысяч фунтов за каждую! К тому же, они у меня красавицы, каких поискать, под стать благородному джентльмену. Что скажете на это, мистер Бейли?
Роберт, который беседовал с одним из арендаторов о новой подъездной дороге, отозвался сразу и с явной охотой.
– Трудно с вами не согласиться! Что нужно всякому холостому мужчине? Поскорее обзавестись хорошенькой и веселой женой! Моя дорогая тетушка все время напоминает мне об том, особенно, если приходится задерживаться в клубе.
– Вам, сударь, и вправду пора подумать о женитьбе. Пембрук-холл без женской руки… —заметила миссис Квин и разговорилась бы еще больше, если бы не строгий взгляд мужа.
– Не стану с вами спорить. Может быть, мое сердце уже принадлежит одной особе, – лицо Роберта стало задумчивым и грустным, но он быстро собой овладел и одарил крошку Бекки улыбкой. – знать бы, что она отвечает мне взаимностью.
Старый моряк, вдохновленный новой порцией пунша и прозрачными намеками, совсем расхрабрился и поставив стакан на столик, завел старинную песенку, очень уместную к такому случаю:
Когда вы рядом со мной, мой друг
Мне не страшен мир, что жесток и груб!
Когда вы рядом со мной, милорд,
Тихо счастье во мне поет!
Не скроет дорогой убор
Простолюдинки вольный взор,
Красноречивей, чем слова – зеленые рукава!
Роберт слушал его, изображая удивление и восторг. На этом скучном мероприятии сосед был единственным глотком свежего воздуха и вскоре их голоса зазвучали в унисон:
Зеленые рукава были всей моей радостью,
Зеленые рукава были мои очарованием,
Зеленые рукава были моим сердцем,
Чья она, если не моя – леди с зелеными рукавами?
Венеция пришла в ужас, глядя на подобное поведение. Этому не было никакого оправдания – ситуацию спасало только то, что леди Пембрук ничего не замечала, беседуя с одной из старинных приятельниц. Краснея и испытывая мучительный стыд, миссис Маршал поспешила отыскать глазами знакомую фигуру Хантера.
– Образумьте его, полковник! – она не знала больше к кому обратиться. – Вас он послушает!
– Вы так думаете? Ну что ж я сделаю попытку, хотя бы не подпущу его больше к шампанскому!
Появление еще одного холостого джентльмена воодушевило публику. Хотя гость графа Бейли и был мрачноватым молчуном, он все-таки относился к военным, заслуживал уважения и рассматривался как кандидат на руку одной из мисс Квин.
– Хорошо, что ты здесь, Хантер, не хочешь совершить с нами короткую прогулку? – Роберту тут же пришла в голову новая идея. – Я думал показать мисс Ребекке свои владения, а ты мог бы взять заботу о ее милой сестре.
