– Что-нибудь придумаю, время еще есть. А вы держите уши открытыми, постарайтесь разузнать побольше о его приемах в бою, мне это пригодится. И вот еще что – не трепитесь по поводу Прочного круга. Наше общество тайное, и оно должно остаться тайной.
Когда Кавалер скомандовал отбой, Риордан думал, что долго не заснет от переживаний, но тяжелый дневной переход взял свое, и он провалился в страну грез, едва положил голову на подушку. Его сны были калейдоскопом ярких образом, в которых звенела сталь, звучали предбитвенные кличи, а под утро ему пригрезилась Эльга, и поэтому пробуждение было приятным, хотя и волнующим.
После общей побудки и плескания под рукомойником Кавалер строем повел их в большую общую столовую на первом этаже. Ее обстановка оказалась намного роскошней той залы, где они ужинали вчера. На стенах висели портреты первых людей королевства и всей царствующей семьи. Наибольшее впечатление на Риордана произвел не благородный образ короля Вертрона, а изображение визира Накнийра – советника, министра и душителя. В его лице слились воедино воля, проницательность и непреклонная жестокость. Казалось, что Накнийр с картины наблюдает за всеми людьми в столовой, и поменьшей мере половина из них, по его мнению, достойна самого сурового приговора. На скатерти из оксамитовой парчи слуги расставили еду и напитки: вареные яйца, несколько видов сыров, блюда с тушеным мясом и подносы с нарезанными овощами. Перед каждым из курсантов появилась тарелка с кашей, приправленной жирной мясной подливкой.
Столы в обеденной зале были составлены в виде трезубца. В его основании расположились Мастер войны, Скиндар, кастелян, а также еще человек десять, которых Риордан пока не знал. А чуть позже он наконец-то смог лицезреть тех, кого мечтал увидеть с детства. Тех, кому они подражали с младшим братом, когда фехтовали игрушечными мечами за сараем.
Он за обе щеки уплетал наваристую кашу, уставившись в свою тарелку, но вдруг почувствовал, как сидевший рядом Хоракт толкает его под локоть, и услышал его восторженный шепот:
– Смотри, Риордан, смотри!
В столовую Воинской школу входили поединщики королевства Овергор. Каждого из них окружала аура неодолимой физической силы, аура мощи, соединенной с превосходством. Риордан буквально всей кожей ощущал эту бьющую через край энергию. На ком-то красовался роскошный мундир с шитьем, как на Виннигаре, кто-то был одет гораздо скромнее – в обычный камзол, почти неотличимый от одежды горожанина, но они все равно выделялись бы в любой толпе, не смешиваясь с ней. Все поединщики были крепкого, а некоторые даже могучего телосложения, их тренированные мускулы не могли скрыть никакие рубашки или накидки, а ореол мощи и вовсе превращал их фигуры в силуэты исполинов. Риордан невольно подумал: как такие герои могут кому-либо уступить в бою? Или выходит, что противник еще более грозен? Следом мелькнула паническая мысль: я не смогу, я не справлюсь, разве возможно противостоять этим сверхлюдям или стать хотя бы равным им? Его упадническое настроение усугубили слова Хоракта:
– Да-а-а, вблизи они выглядят еще более внушительно, чем на картинках.
– Мне кажется, что прежде чем трахнуть смерть, им приходится каждый раз за ней долго бегать, – поддакнул Тиллиер. – Она должна быть в ужасе от этих парней.
– Мужики здоровые, спору нет, – заявил Дертин. – Но могу биться об заклад, что я на руках из них половину точно переборю.
Слова силача отрезвили Риордана. Он еще раз взглянул на героев Овергора и почувствовал, как первое впечатление блекнет, а мираж рассеивается. Да, крепкие ребята, широкоплечие и жилистые. Да, гордая осанка, лица с печатью свирепости, величественные жесты, будто у знатных вельмож. Но их Дертин и вправду не уступит ни одному из поединщиков по комплекции. Риордан облегченно вздохнул и бросил на товарища взгляд, полный благодарности. Дертин говорил нечасто, но его слова всегда оказывались очень кстати.
Под конец завтрака перед каждым из новобранцев поставили кубки с настоями. Риордан заметил, что у некоторых курсантов напитки были разных цветов – у кого-то красный, у кого-то ярко-желтый. Рекрутам из Вейнринга достались настои, напоминающие выжимку из свежескошенной луговой травы. Сидевший напротив Варан успокаивающе кивнул:
– Пейте до дна микстуры Пайрама. Мы тоже начинали с зеленых, а потом доктор поменял состав, для каждого свой.
– И что с него будет? – уточнил Хоракт.
– Силы прибавляется и жрать потом хочется жутко. Но чувствуешь себя так, будто можешь вскарабкаться на крепостную стену. Причем без рук.
– А что насчет баб? Охоты тоже добавляется? – заинтересовался Тиллиер.
– Это, приятель, тебе придется выяснить на собственной шкуре.
Когда завтрак подошел к концу, Тиллиер развязно зевнул, хлопнул себя ладонями по ляжкам и заявил, что собирается прогуляться до уборной. Только он начал приподниматься с места, как Риордан с силой дернул товарища за руку, отчего тот снова плюхнулся на свой стул.
– Ты чего? – с обидой спросил Тиллиер.
– Можно вставать без команды? – уточнил Риордан у Варана.
