Поэтический словарь полностью

Примеры силлабического одиннадцатисложника см. в статье Одиннадцатисложник.

Десятисложник состоит из двух паузированных шестидольников (шестидольник четвертый):

Как | благ яв|лю́ся, ∧ не | доум|лю́ся, ∧

И | в моя | ле́та, ∧ смерть | без от|ве́та. ∧

(К. Истомин)

Соответственно в народной поэзии:

А |жил-был | ду́рень, ∧ а | жил-был ба́бин. ∧

Взду|мал он, | ду́рень, ∧ на | Русь гу|ля́ти, ∧

Лю|дей ви|да́ти, ∧ се|бя ка|за́ти. ∧

Это тот же размер, которым написаны «Стихи похвальные России» В. Тредиаковского:

Нач|ну на | фле́йте ∧ сти|хи пе|ча́льны;

Зря | на Рос|си́ю ∧ чрез | страны | да́льны: ∧

И|бо все | днесь мне ∧ е|ё доб|роты ∧

Мыс|лить у|мом есть ∧ мно|го о|хоты. ∧

Восьмисложник у виршевиков разработан хорошо, он соответствует четырехстопному хорею:

Песни новы составляйте,

Господеви воспевайте...

(Симеон Полоцкий)

Семисложник соответствует усеченному четырехстопному хорею; вот пример из Кантемира:

Не любити тяжело, ∧

И любити тяжело, ∧

А тяжелее всего ∧

Любя любовь не достать. ∧

Таковы основные формы метрических стихов русских силлабистов; эти формы родственны строю народного стиха.см. также Вирши, Одиннадцатисложник, Тринадцатисложник, Реформа Тредиаковского, Инверсия ритмическая,Равнодольность в стихе.

СИЛЛАБО-ТОНИ’ЧЕСКОЕ СТИХОСЛОЖЕ’НИЕ (от греч. συλλαβή — слог и τόνος — ударение) — буквально слогоударное стихосложение, одно из названий системы русского классического стиха, введенной реформой Тредиаковского — Ломоносова. Это название утвердилось в русском стиховедении после Октябрьской революции; первоначально же термин был применен Н. Надеждиным (40-е гг. 19 в.), который назвал русский классический стих «силлабически-тоническим» (см. Реформа Тредиаковского).

СИ’ЛЛЕПС (греч. σύλληψις — сочетание) — стилистический оборот, при котором:

1) Подлежащее стоит во множественном числе, а сказуемое — глагол в единственном числе повелительного наклонения, например:

Кому нужда, тем спесь, лежи они в пыли,

А тем, кто выше, лесть как кружево плели.

(А. Грибоедов)

И как вы на него ни цыкай,

Он пальцем вам — и ни гугу!

(Б. Пастернак)

2) Подлежащее стоит в единственном числе, а сказуемое во множественном:

Я с сердцем ни разу до мая не дожили,

А в прожитой жизни

лишь сотый апрель есть.

(В. Маяковский)

3) При двух подлежащих сказуемое в единственном числе:

Эта заря,

Эта весна,

Так непостижна, зато так ясна.

(А. Фет)

4) Подлежащее — местоимение третьего лица, а сказуемое — глагол в повелительном наклонении (второго лица):

Она его не замечает,

Как он ни бейся, хоть умри.

(А. Пушкин, «Евгений Онегин»)

5) Подлежащее — местоимение первого лица, а сказуемое — в повелительном наклонении (второго лица):

Или снова, сколько ни проси я,

Для тебя навеки дела нет.

(С. Есенин)

6) Подлежащее и сказуемое во множественном числе, а зависимое от них дополнение — в единственном:

Брала знакомые листы

И чудно так на них глядела,

Как души смотрят с высоты

На ими брошенное тело.

(Ф. Тютчев)

7) Силлепсическим будет и такой оборот, когда во фразе подлежащее и сказуемое поставлены в первом случае в единственном числе, а затем в соседней фразе — во множественном числе, например:

... Мертвые в землю зарыты; больные

Скрыты в землянках; рабочий народ

Тесной гурьбой у конторы собрался...

Крепко затылки чесали они:

Каждый подрядчику должен остался,

Стали в копейку прогульные дни!

(Н. Некрасов)

СИ’МВОЛ (греч. σύμβολον — знак, примета) — многозначный предметный образ, объединяющий (связующий) собой разные планы воспроизводимой художником действительности на основе их существенной общности, родственности. С. строится на параллелизме явлений, на системе соответствий; ему присуще метафорическое начало, содержащееся и в поэтических тропах, но в С. оно обогащено глубоким замыслом. Многозначность символического образа обусловлена тем, что он с равным основанием может быть приложен к различным аспектам бытия. Так, в стихотворении М. Лермонтова «Парус» мятежные страсти человеческой души находят себе соответствие в вечно неуспокоенной морской стихии; это родство двух разноплановых явлений (личность и стихия) воплощено в символическом образе одинокого паруса, гонимого по волнам. Подобную систему соответствий можно обнаружить в таких символических стихотворениях, как «Анчар» и «Три ключа» А. Пушкина, «Три пальмы» М. Лермонтова, «Фонтан» Ф. Тютчева, «Стихи о Прекрасной Даме» А. Блока, «Гроза» и «Чертополох» Н. Заболоцкого.

В отличие от С., аллегорический образ является элементарным средством иносказания; аллегория приложима к одному определенному понятию или факту, связь ее с обозначаемым понятием условна и однозначна. Однако есть случаи, когда провести четкую границу между С. и аллегорией невозможно.