Повсюду торжествует гласность,Вступила мысль в свои права,И нам от ближнего опасностьНе угрожает за слова.Мрак с тишиной нам ненавистен,Простора требует наш дух,И смело ряд великих истинЯ первый возвещаю вслух.Порядки старые не новыИ не младенцы — старики;Больные люди — не здоровы,И очень глупы дураки.Мы смертны все без исключенья;Нет в мире действий без причин;Не нужно мертвому леченья.Одиножды один — один.Для варки щей нужна капуста;Статьи потребны для газет;Тот кошелек, в котором пусто,В том ни копейки денег нет;День с ночью составляет сутки;Рубль состоит из двух полтин;Желают пищи все желудки.Одиножды один — один.Москва есть древняя столица;По-русски медик значит врач,А чудодейка есть вещица,О коей публикует Кач.Профессор — степень или званье;Коллежский регистратор — чин;Кнуты и розги — наказанье.Одиножды один — один.Покуда кость собака гложет,Ее не следует ласкать,И необъятного не можетНикто решительно обнять.Не надо мудрствовать лукаво,Но каждый честный гражданинВсегда сказать имеет право:Одиножды один — один.В сей песне сорок восемь строчек.Согласен я — в них смыслу нет;Но рифмы есть везде и точекКомпрометирующих нет.Эпоха гласности настала,Во всем прогресс — но между темБлажен, кто рассуждает малоИ кто не думает совсем.<1866><p>81–82. <М. Н. МУРАВЬЕВУ></p><p>1. «Сто человек, никак, ты запер в казематы…»</p>Сто человек, никак, ты запер в казематы;И мало всё тебе, всё мрачен, как чума, ты!Утешься, ведь господь царя благословил —Отвел от родины тягчайший из ударов!— Эх, братец! черт ли в том! Ведь я бы заморилСто тысяч в крепости, когда б не Комиссаров!<p>2. «Холеру ждали мы, и каждый был готов…»</p>Холеру ждали мы, и каждый был готовДиету соблюдать и жить себе здорово.Но фурия хитра: надула докторов —Прислала за себя из Вильны Муравьева.1866<p>83. CAUSERIE<a l:href="#n_145" type="note">[145]</a></p><p>(ЭКЛОГА ЛИТЕРАТОРА-ВЕТЕРАНА)</p>
