Прекрасной девушки портрет я написал,И ах, к несчастью, сам в него влюблен я стал;Но не Венерина краса меня пленила,Моя наука, ах! всю кровь во мне вспалила.Рукою собственной несносно ранен я,К чему ты служишь мне, наука вся моя?Почто искусным я художником родился?В худой бы я портрет вовеки не влюбился.Все будут об моей судьбине сожалетьИ с удивлением на мой портрет глядеть.Искусным буду всем художником казаться,Но буду через то я внутренно терзаться.К чему же мне теперь столь жестоко́ страдать,И для чего свою мне руку обвинять?Любовь Пази́фаи, и Федры, и Нарцисса,Довольны ль для меня примеры в них нашлися?Пази́фаи любовь с природой несходна,И быть примером в том довольна бы одна;Но Федру мы возьмем, котора повсечасноНа амазонкина взирала сына страстно.Что ж до Нарциссовой любови надлежит,Когда б мог осязать ему приятный вид,И если б он своей рукой воды коснулся,Тогда бы он в своей надежде обманулся,И скрылся бы его желания предмет,Оставя по себе его руки лишь след.В источнике вода Нарцисса представлялаИ в красоте его неложно уверяла.Изображение то представляет нам,Что в красоту свою Нарцисс влюбился сам.Но я любезную всяк час зрю пред собою,Сияющу всегда одною красотою.Не кроется от глаз, как стану осязать,И красоты своей не может потерять.С приятной на меня усмешкою взираетИ, кажется, уста прелестны открывает.Всяк скажет, что она начати хочет речь,Но, ах! молчаньем ту старается пресечь.Я часто, подходя, в любви ей открываюсьИ получить ответ надеждою ласкаюсь.Но, ах! ни слова, ах! не слыша в оный час,Целую я ее, целую я сто раз.В объятия ее свои я принимаю,В ответ я слов ее на то не обретаю.И слышать их мне нет надежды никакой,Она подобится любовнице такой,Котора своего любовника молчаньемНе допускает зреть конца его желаньям.Ласкаю я ее, целую всякий час,Влюбляюся в нее тем больше во сто раз.И слабости свои всегда я порицаю,И в тот же самый час бояться начинаю,Чтобы любовью той мне жизнь не потерять,Котору для нее стараюсь сохранять.Приятные уста! вы всех сердца плените,Но в поцелуях вы совсем утех не зрите.К чему вы служите, прекрасные власы?Неложно вы свои имеете красы;Но вещества совсем я в вас не обретаю,Хоть мучуся о том, грущу и унываю.И находясь теперь в несчастьи и бедах,Оплакивая их, тону я во слезах,Тогда как сей портрет несчастья не внимаетИ только на меня с усмешкою взирает,Невинен будучи в несчастиях он сих,Не может горьких слез отерть с очей моих.О вы, Венерины прекраснейшие дети,С златыми крыльями вы можете летети,Вы наградите мя любовницей такой,Которая б и жизнь имела, и покой,Чтоб рассуждая я по правилам искусства,Мог зреть, что красота, имеющая чувства,Бесспорно первенство пред тою может взять,Которую я сам могу изображать,И, сравнивая ту с природой совершенной,Хоть тем спокою я свой дух обремененной,Что я такие же найду черты и в ней,Как в посланной от вас к отраде днесь моей.<1764>
