После ужина нам предложили поехать посмотреть Праздник фонарей в одном из парков уездного города Дунгуан. На подходе к парку и по всем аллеям были развешаны целые гирлянды совсем даже не маленьких красных фонарей. В парке и на прилегающем к нему стадионе была развернута настоящая феерия: из различных материалов на земле и на воде были выполнены сцены по разным сюжетам китайских художественных произведений, сказок, легенд, исторических событий. Драконы и фениксы, все и всяческие божества и богини, герои китайских эпосов и произведений, неподвижные и в движении, с замечательной разноцветной подсветкой поражали своей красотой и изяществом изображения. Один дракон даже время от времени появлялся из воды, так же, как и «Фея цветов». Этим парком мы были сильно очарованы и любовались весь вечер. Единственным сожалением стало то, что качественных фотографий этого мероприятия не получилось из-за ночных съемок.
– Анатолий Степанович, – обратилась ко мне моя спутница, смотревшая на все это с большим удивлением, – чем это вы их так приворожили?
Поскольку мне не хотелось раскрывать своих секретов, то пришлось уклониться от ответа:
– Не знаю. Просто я с ними работаю.
– Наверно, хорошо работаете… И, кажется, приносите им хорошую прибыль.
– Я вообще-то так не считаю. Во всяком случае, по моей зарплате этого не видно.
– А вы посчитайте. Мне еще не приходилось видеть, чтобы китайцы к кому-то так были расположены и на кого бы тратили столько денег.
– Это и понятно. Я уже заметил, что, когда это им нужно, они для тебя разобьются в лепешку и будут очень любезны, а вот когда нет, тогда все любезности заканчиваются и дружба прекращается, могут при встрече даже не узнать.
На следующий день, прождав пять часов отправления самолета, который был задержан в аэропорту Гуанчжоу по метеоусловиям (в Пекине, видите ли, в это время шел снег), мы через три часа были уже в холодной «северной столице», как по-настоящему переводится название города Пекина.
16. Мои первые ученики в Китае.
Встреча на высшем уровне перед Новым годом не осталась незамеченной. Сразу же после окончания всех праздников мне позвонила профессор Цзян и предложила работу: выполнить русскую часть четырехъязычного разговорника (китайский, английский, русский и японский языки). Работа довольно хлопотная, но копеечная. Чувствуется, что кто-то, имея выход на издательство, пытается немного подзаработать, хотя совершенно непонятно, кому может быть нужен такой несуразный разговорник. Но человек сделал шаг мне навстречу, и пренебрегать таким доверием было нельзя, поэтому я согласился.
Через некоторое время магистрантка Ли Лина, встретив меня случайно на улице, сообщила мне, что слышала на факультете, что я буду там преподавать. Профессор Цзян, забирая первую часть выполненной мною работы, тоже подтвердила, что уже видела мою фамилию в расписании на весенний семестр. И только потом меня официально пригласил замдекана Ли Юйчжэнь и предложил три пары в неделю, то есть по одному занятию в трех группах у студентов трехгодичного курса специального обучения. Оплата совершенно смешная: 15 юаней за час, таким образом, в месяц получалось 360 юаней. Это совершенно мизерная зарплата, тем более по сравнению с тем, что я получаю, работая переводчиком на рынке. Но опять же отказываться нельзя. Может быть, удастся убедить, что умею работать не хуже высокомерной профессорши из Казани, и появится возможность получить у них приглашение поработать в качестве специалиста в следующем году.
В конечном итоге оказалось, что все это делается стараниями профессора Пань Хун, которая организовала такие платные курсы для ребят, не сумевших поступить в вузы после окончания школы. Выпускники китайских школ, желающие учиться дальше, могут принять участие в едином экзамене по всем предметам, который проводится одновременно по всей стране без учета специальностей. Только после анализа результатов этого экзамена абитуриентов распределяют по вузам или техникумам, в зависимости от полученных баллов и тех направлений, которые он сам указал в своем заявлении. Таким образом, получается, что человек, имеющий способности, например, к гуманитарным наукам, и показавший по этим предметам хороший результат, но заваливший вопросы и задачи по точным предметам, автоматически считается неудачником, поскольку не набрал необходимого количество баллов. То же самое, только в обратную сторону, происходит и с любителями точных наук. Таким образом, я задолго до введения подобного экзамена в России познакомился со скандальным у нас ЕГЭ.
