Леночка обрадовалась:
– Здорово! Тогда мама поселится с бабушкой, а я беру однушку и сразу замуж!
Маринке, ее незамужней матери, этот вариант не понравился:
– Мала еще, с бабушкой поживешь. Мне тоже пора, наконец, сложить свою судьбу!
– А что, без отдельной квартиры не складывается? – с невинным видом спросила Леночка и в глазах матери появились слезы. Я встала на сторону Маринки:
– Леночка, матери уже скоро сороковник, а она все одна! – но увидев слезы и в светлых девочкиных глазах, замолчала.
…«Пыль в глаза» куда-то исчезла, передо мной были три одинокие женщины, давно мечтающие выбраться из этой коммуналки …
А потом пришла Ольга, Маринкина мама и моя сестра:
– Зовите вашего Эдуарда опять, хочу выяснить все подробно!
Будущий владелец пришел вновь и выглядел вполне импозантно – похоже, успел побывать в бане. Хвостик стал более приглядным, а сережка и вовсе куда-то подевалась. Уточнив сумму или метраж, на которые можно рассчитывать, сроки обмена, форму оплаты и другие немаловажные моменты, Ольга подытожила: – Займусь этим делом сама.
Эдуард ушел, ушла и Ольга. Мне тоже пора было отправляться на вокзал. Тетушка утирала слезы, просила погостить еще, но такси уже стояло у ворот…
Финал этой истории банален до обидного. В следующую субботу, прогуливаясь с мужем по городскому бульвару, Ольга увидела будущего «домовладельца» – тот шел навстречу.
– Здравствуйте, Эдуард! – обратилась к нему Ольга, и уже собралась начать разговор о предстоящем переезде, но тот, кивнув, быстро зашагал мимо. Муж изумился:
– Ты знакома с этим городским сумасшедшим?
– «Сумасшедшим»? – опешила Ольга…
…– Ну и дела! Так это у Эдуарда такие развлечения? – догадалась Светлана, бросая салфетку на темное блюдо, где недавно были суши.
– Правильным было первое впечатление, за такие развлечения ноги бы повыдергивать идиоту! – обозлилась я, – Ладно, отпробовали японской еды, пошли дальше. Надо завтра съездить на дачу, газон полить, а то совсем зачахнет.
– Во сколько выезжаем? – деловито уточнила она и, вынув яркий кошелек, приобретенный на болгарском курорте, расплатилась с «японским» официантом.
…Назавтра мы долго тряслись в душном автобусе по самой длинной улице города, проехали через плотину Волжской ГЭС и свернули в прохладную благодать летних садов.
С террасы второго этажа небольшой кирпичной дачки была видна широкая река, зеленеющие сады, а в них огородники, копающиеся в грядках. Вокруг буйствовало лето – щелкал в ветвях серогрудый скворец, со стуком падали поспевшие яблоки, воздух струился ленивой жарой, всякие пчелки-бабочки прилежно порхали с цветка на цветок.
Набрав две сумки «антоновки», мы приложились к бутылочке с коньком и почти доели тортик, прихваченный из кулинарии, как вдруг в нашу сонную идиллию с дребезжанием въехал старый грузовик и притормозил возле соседских ворот. Из кабины вышли два мужика: тот, что повыше и помощней, был Андрюха – хозяин дачи, подводник Северного флота в прошлом и настоящий забулдыга в настоящем. Прослужив более десятка лет, имея за плечами несколько «автономок», так и остался капитаном, хотя мог быть, по меньшей мере, капитаном второго ранга – подполковником по-нашему, по сухопутному. Не берусь судить обо всех тонкостях его службы, послушайте лишь про одну.
Представьте – мужик в полном расцвете сил в дальнем походе должен сутками лежать в койке, соблюдая «режим тишины», ведь подводная лодка крадется в чужих водах, где быть ее совсем не должно. Отстоишь четыре часа на вахте, к обеду выдадут стакан положенного винца – и лежи себе! Это так вошло у Андрюхи в привычку, что теперь он мог круглосуточно валяться в кровати:
– У меня режим тишины! – частенько объявлял он с утра домочадцам, – Задраить отсеки! – и на весь день закрывал дверь в свою комнату.
Да простит меня братство подводников за столь нелестные отзывы об одном из них, только куда мне до Покровского с его книгой «Расстрелять»! Сколько там нелепых случаев из истории славного Северного флота – впрочем, как и любого другого – сколько подобных образов нерадивых мореманов! Можно ли хлестче обхаять? Почитайте сами – обхохочетесь!
Конечно, есть и другие подводники – сейчас не о них. Здесь лень преобладала над всеми чувствами, а понятия о житейских ценностях были совершенно искаженны.
…Так вот – у самых ворот этот Андрюха обнаружил – ключей от дачи нет.
– Жорка, что будем делать? – обратился он к дружку. Тот не раздумывал ни секунды:
– Что делать, что делать – прыгать! – и, перекинув через забор объемистые сумки, полез следом.
Мы с интересом следили за ними сквозь ветви винограда, оплетавшего террасу. Вот приятели оказались на Андрюхином участке, где громоздилась груда кирпича, покрытого прошлогодней листвой, и торчали стены недостроенного домика. Присесть можно было только в беседке, рядом с которой стоял огромный бак с водой, сваренный из толстого железа. Приятели устроились у столика, вытащив из сумки свои запасы.
