Они оба не знали сколько времени прошло в этом хаосе. Даже задремали, оставаясь наполовину в сознании.
Аминтас смог увидеть лёгкий сон, но очнулся от него, вздрогнув всем телом. Он видел тонкую красную струйку, стекающую со лба его матери и слышал крик сестры. Мужчина качнул головой, отгоняя старое воспоминание. Его мать давно мертва, отец, наверное, жив, и продолжает везти на казнь таких, как Аминтас. А сестра умерла ещё семь лет назад от восполения лёгких.
Айша моргнула, отгоняя сон и посмотрела на Аминтаса своими пустыми равнодушными глазами.
Поезд сбавлял скорость и снова стал трястись, устраивая заключённым небольшой аттракцион. Лути заскулила и Айша поцеловала её в лоб, стараясь вселить подруге чувство безопасности.
В вагон высыпали охранники, перекрывая скрежет один из них закричал:
— Сейчас все выходят на улицу, без резких движений! Дернетесь не в ту сторону, вас тут же расстреляют! Вышли, последний раз подышали воздухом и по сигналу зашли обратно! Уяснили?
Заключённые медленно поднялись, кто все также равнодушно ко всему вокруг, кто растерянно оглядываясь по сторонам. Аминтас взял Айшу за капюшон, чтоб не потерять в толпе.
Медленно, словно внутри ватного сна, схваченные мятежники один за другим выходили из поезда. Айша не пыталась вырваться из хватки Аминтаса, смиренно позволила тащить себя за капюшон. Их вывели на двор старой железнодорожной станции, огрожденный металлической сеткой и шипами по её верху. Самые смелые подкатили бочки и кинули туда какой-то мусор, видимо, в надежде поджечь и получить хоть немного тепла.
Аминтас отвёл девушку подальше, ногой пнул старую шину, сделал из неё своеобразное сиденье. Айша опустилась на неё, Аминтас же сел напротив, на какой-то железный ящик, и тихо произнёс:
— Мы здесь не на долго. Поезд, видимо, совсем издох, вот нас и выкинули на улицу. Сейчас на изоленту замотают и хорошо, если до суда на воздух не взлетим.
Айша смотрела на снег, редкими хлопьями спускающийся с неба. Где-то там, за этими тяжёлыми облаками, наверняка были её родители и все те, кого Айша знала или же убила сама. Возможно, в последний раз она видит небо и чистый, невинный снег.
— Аминтас, — позвала она, — почему ты рядом? Разве, в этом вагоне нет твоих друзей?
— Я многих здесь знаю, — подтвердил Аминтас, — но они и без меня справятся. А ты одна.
Айша скосила на него глаза:
— Ага. Признай, тебе просто нравится меня выбешивать.
— Ну, лучше ты будешь ненавидеть меня и злиться, чем сходить с ума от ужаса, — мужчина криво и как-то печально улыбнулся.
По спине Айши пробежали мурашки, в голове сладывался пазл, и она невольно дотронулась до татуировки на шее. Аминтас спросил о ней именно тогда, когда девушка начала тонуть в переживаниях. Аминтас делился с ней последним и вновь и вновь выводил на эмоции, уводящие от страха за будущее.
Они смотрели друг другу в глаза. Аминтас, печально и добро, и Айша, удивлённо и также печально. И почему раньше она не замечала, что на этом устрошающем бандитском лице такие добрые глаза?..
Девушка покачала головой, хотела возразить, но нутром ощущала, что Аминтас не врал. Айша чувствовала, как защипало глаза, и шёпотом спросила:
— Что ты делал возле моей постели той ночью?..
Ей было важно это знать. Она боялась Аминатаса и презирала, потому что в первый же свой ночлег на базе, открыла глаза и обнаружила его у своей кровати. Что он хотел сделать?.. Почему маячил перед глазами все это время?
— Я принёс тебе два кубика сахара, — выдохнул Аминтас.
Айша хохотнула и уже было хотела рассмеятся над такой очевидной ложью, но Аминтас не врал. Вид его был несчастный и пристыженный.
— Не знал я, что ты так перепугаешься, — пробубнил он, смотря себе под ноги, — просто думал под подушку положу, а ты бы утром проснулась и такая, оп, сахар. Подарочек от феечки.
Айша больше не улыбалась, лишь внимательно изучала лицо Аминатаса.
— Почему ты решил принести его именно мне?
— Так, осталось немного. Леденец-то я тебе давал, так почему бы и сахаром не угостить, подумал. Да ещё и встреча такая, спустя столько лет, вот и…
Айша спрятала лицо в ладонях. Ну конечно. Леденец. Она тогда только-только сбежала от этих, сидела на горячей дороге, докуривала сигарету, что стащила у какого-то богатея. Потерянная и одинокая, никому не нужная и здорово побитая жизнью. А потом какой-то мужчина просто положил перед ней леденец.
Айша долго изучала конфету, думала, может, она с иглой или отравлена, но в итоге голод взял своё и она её съела. Отравленным леденец не был.
— Как ты меня узнал? — севшим голосом спросила Айша.
— По… Шее, — запнулся Аминтас.
Девушка судорожно вздохнула и поддалась вперёд. У них с Аминтасом было слишком много недопониманий, а времени осталось мало. Айша думала, что она совсем одна и не до кому до неё не было дела, но этот мужчина… Этот мужчина был рядом уже давно.
— В тот день, — начала Айша, зубы её стучали от холода, — я только-только стала свободной. Аминтас, я…
Горло у неё сперло, Айша покачала головой, отгоняя дурное.
