Слепни кружили над моей головой, но по какой-то причине не атаковали. Я решил встать и не двигаться – проверенный способ ловли насекомых. Одна муха покружила возле меня и села на затылок. Ловким движением я прихлопнул гада и тут остальные слепни, словно истребители, сделали крутое пике и начали облеплять меня со всех сторон. Я побежал, начав нещадно лупить себя по всем частям тела. Только когда я забрался на склон, отбежав от озера метров на 200, слепни отстали. Их укусы проходили чрезвычайно быстро, чему я уже и не удивлялся.
– Че орешь? – окликнул меня черт, выходя из леса. За спиной он нес причудливую удочку. Основание он сделал из своего трезубца, каким-то образом обломав один конец. Его он согнул и использовал вместо крючка и грузила одновременно. А леской служила нитка, которую он по всей видимости вытянул из своих трусов.
– Слепни, – глубоко дышал я. – отбивался.
– Поубивал хоть? – спросил он и вгляделся в землю в поисках наживки.
Черт поднял одну тушку особо крупного слепня и улыбнувшись показал мне.
– Молодец! Можно на тебя положиться! Идем – я место нашел хорошее.
Он сжал в ладони еще пару убитых мух и отдал их мне. Мы обогнули часть берега с большим скоплений кусающей дряни и пошли через лес к более спокойным местам озера. Идя за чертом я восстановил дыхание и спросил:
– А ты не знаешь почему я думал, что попаду в ад? Я же не считал себя плохим человеком. Конечно в Бога не верил, но и зла намеренно никогда никому не причинял, а если и причинял, то точно извинялся.
– Видимо с самооценкой у тебя проблемы были, – усмехнулся черт. – Но если серьезно, то тут глубоко копать не надо. Спроси себя если не атеизм, то какая религия преобладает в твоей голове?
– Христианство? – неуверенно сказал я.
– Ну конечно. Ты на меня посмотри. Я же по твоему черт, а не шайтан, – он обвел рукой свое лицо. – Ты жил в обществе с множеством христиан и эта религия осела в твоем разуме. А кто по христианским законам попадает в рай, а кто в ад?
– Ну праведники всякие в рай, а…
– А атеисты в ад, – продолжил за меня черт. – И не говори мне, что никогда не произносил слов “За это я попаду в ад”. Говорил же после какой-нибудь черной шутейки или другой шалости. Ты прекрасно осознавал свой грех когда поддавался похоти, лени или жадности и тем более понимал, что за отрицание Всевышнего тебя ждет кара в случае его существования. И ты боялся этого. Боялся Бога, хоть и не верил в него. Этот страх и породил в твоей голове идею о том, что если все-таки после смерти есть другая жизнь, то для тебя это будет, несомненно, ад.
– То есть если бы я был в обществе с другой религией, то это место было бы больше похоже на, скажем, рай?
– И в какой религии похоть, лень, жадность и атеизм – путь в небеса?
Я сделал вдумчивое лицо и напряг все свои извилины.
– У индусов! – сказал я, вспомнив песню Высоцкого. – У них вообще ада нет.
– Не-а. Есть у них ад – “Нарака”. Так что не катит, – сказал черт. – Но если ты ведешь к реинкарнации, то в этом они были правы.
– Да, я это уже понял, когда ты говорил про мою “не первую” смерть, – подметил я. – Так как это происходит? Я скоро перерожусь в новое тело?
Черт глубоко вздохнул и прокашлялся.
– Тут тоже не все так просто, попаданец ты мой. О! Вот мы и пришли.
Место, которое выбрал черт и правда было отличное. Если считать отличным небольшую площадку с уступом возле преисподнии, но рыбачить хотя бы будет удобно. И я нисколько не удивлюсь, если мы что-то выловим в Геенне огненной и может даже съедим. Черт нацепил на крючок слепня и закинул удочку в озеро. Потом сразу вытащил, чтобы посмотреть не слетает ли наживка и, удостоверившись, закинул снова. Адская муха была идеальным выбором для ловли рыбы в огненном озере. Она не сгорала и, в теории, должна была стать отличной закуской для живущих в этой жиже существ. Черт сел на корточки и стал ждать.
– Поплавка то нет, – шепотом сказал я.
– На мой крючок, – черт показал пальцами размер крючка. – Можно поймать только большую рыбу, а она так дернет, что никакого поплавка не надо.
– Резонно, – ответил я и сел на землю возле своего товарища рыбака. – Так что там с реинкарнацией?
Черт положил свою самодельную удочку и стал придерживать ее одной рукой, чтобы не пропустить клев.
– Ну, слушай, – сказал он, снова глубоко вздохнув. – Реинкарнация и правда случится, но только не скоро.
– И сколько ждать? Чего ждать? – в нетерпении я повысил голос и черт шикнул.
– Сейчас здесь находится твое сознание. Относительно здоровое, неповрежденное сознание мужчины 26-и лет. Если его внедрить в новое тело, а внедрять его можно только в свободные носители – в развивающийся мозг эмбриона, то носитель просто не выдержит и, как бы, перегорит, понимаешь?
– Понимаю вроде, – сказал я удрученно. – И что делать? Сойти с ума?
Черт кивнул.
