Месяца за 3-4 перед выпуском приходили КГБшники, «сватали» желающих в авиацию КГБ – в Аральск и Байконур. На Байконуре я жил мальчишкой, и как то туда больше не хотелось. Да ещё и не известно, в Ленинск попадешь или в Аральск. С моей «везучестью» – так точно в Аральск, а там дырище и Ан-2. Я отказался. И вот Чита. Ещё неизвестно, что лучше, что хуже, в Ленинске хоть снабжение Московское, а в Чите неизвестно как…
По приезду домой после выпуска сразу отправились с отцом в кассы – покупать билет до Читы. С билетами в стране всегда, сколько себя помню, напряженка. Всегда надо брать заранее, выстаивать очереди, чуть не с ночи записываться… Тем более у нас, на курорте. Знакомых в кассах не было. Билетов на поезд тоже. Тем более на самолет. Ни прямого, ни кривого… Несколько дней ходили в кассы, стояли в очередях. Ездили и в Ессентуки и в Минводы… В конце концов каким-то чудом взяли билет: на 18.11., поезд №59 Кисловодск – Новокузнецк, до Челябинска, отправление в 18.50 московского. 22 вагон, между прочим. Никак, кроме как чудо, это действительно назвать было нельзя: все предыдущие дни билетов не было, а тут вдруг раз! И есть! В Челябинске предстояла пересадка на какой-нибудь другой, уже прямой поезд до Читы, или как получится, но билеты все равно надо было покупать там. Как их там покупать я представлял с трудом. Если их уже сейчас нет. Я так подозреваю, что если бы из Челябинска до Читы билеты были, то мне продали бы билет с пересадкой. Но нет. Билетов нет.
И как быть, если я опоздаю в Читу? В любом случае пока на ситуацию я повлиять никак не мог и по этому волновался, переживал, но гнал черные мысли подальше. Старался гнать. Чем ближе приходило время отъезда, тем труднее было отгонять эти самые черные мысли прочь. Знаете, сидишь, шашлык ешь, к примеру, и шашлык вкусный и коньячок тоже, природа, дача, отличное настроение… а тут вдруг мысль в голове: как добираться то будешь? Из Челябинска? И все настроение коту под хвост…
И ещё была проблемка. Так, мелочь. Вещи. Вещей было достаточно много и я озаботился чемоданами. Даже не так. Много было тех вещей, которые
Один, большой, чемодан у меня уже был. Но вещей было гораздо больше, чем могло в него влезть. Отец, то ли в шутку, то ли в серьез, предложил выбрать из его чемоданов какой понравится. Это из тех самых чемоданов с которыми, сколько себя помню, мы ездили в отпуска. Которым сто лет в обед. Большие, тяжелые, из реек и прессованного картона, с наружи обтянутые дерматином, обклеенные обоями внутри, коробки с ручками и замками. Светло коричневый, почти оранжево-рыжий и темно коричневый почти серый. С такими сейчас уже и не встретишь никого. По объему они одинаковы, но я склонялся взять рыжий. Рыжий симпатичнее. Но мама присмотрела в магазине огромный, желтый, искусственной кожи чемодан. «Мечта оккупанта». Верх и низ у него мягкий, да в добавок он опоясан ремнями с замками – так что запихать в него можно очень много.
Моей целью было уменьшить количество увозимого с собой. Все, без чего я мог обойтись, хотя бы теоретически, я откладывал в сторону. У мамы, казалось, цель была диаметрально противоположная. Все на свете, по её мнению необходимое, она пыталась заставить меня взять с собой. Сборы выводили меня из себя. Не успеешь выбросить из чемодана кроссовки, как они, уже тщательно помытые, и завернутые в газету, и засунутые в целлофановый пакет, снова лежат в чемодане. Или зачем мне осенняя куртка, если сейчас зима уже на носу? Вот, кажется уже все готово. Распределил, что на себя, а что в чемодан. Все уложил, утолок, упаковал, утрамбовал. Отвлекся на пару часов и на чемоданах появляется новая куча пакетов, свертков, просто свернутых «совершенно необходимых» в дальних краях вещей. Ну что ты будешь делать?!
В итоге в дорогу все же получились два набитых под завязку больших чемодана. В «мечту оккупанта» утрамбовал все армейские вещи, обувь, все то что не надо прямо сию минуту, с таким расчётом, что б в этот чемодан вообще не залезать до места назначения. В тот что чуть поменьше уложил белье, гражданку, документы, спортивный костюм, – то что может и в дороге пригодится. Чемоданы получились неподъемные. Здоровые. Килограмм по 20, или даже больше. Я еле их тащил. Отец посмеивался в усы и успокаивал, мол не переживай, не на себе же везти, поезд везет. А на вокзале, говорит, возьми носильщика, если у тебя сил нет. Ага, носильщика… Я так и представил, как в каком-нибудь гарнизоне, на Богом забытом полустанке, выстроенных в ряд носильщиков, которые меня дожидаются, что б донести мои чемоданы. А мама хотела ещё дать мне сумку с едой.
– Ну мама! – возмущался я. – Как же я её тащить буду? У меня же не десять рук.
