По моим оценкам в племени было больше 60 человек, из которых практически половина — дети. Причём те, кому исполнилось лет 12–13 уже не были детьми и работали, охотились наравне с остальными взрослыми. Стариков было всего двое. Ну как стариков. Мужчин лет 40–50 на вид. Тяжело сказать точнее. Один был шаманом, другой вождём племени. По разговорам я кстати узнал, что приютивший меня юноша был сыном старого вождя, погибшим от укуса ядовитого скорпиона. Главой племени стал Вашуту — не имя, а титул, даруемый самому лучшему добытчику племени. Во время проводов старого вождя было объявлено соревнование на нового, с сжиганием старого на костре, чему я кстати удивлён, так как этот ритуал — отголосок немного более развитых племенных общин, а не столь маленьких. Это кстати, как выяснилось, принёс сюда в качестве наставления духов, бежавший от разъярённых и грозных северных соседей нынешний шаман племени, который был как по мне — просто сумасшедшим дряхлым мужиком.
Размышляя об эволюции человеческого сообщества, я слишком удалился от племени к скалам, что были ещё западнее. Добычи тут особо не было, а вот ещё один небольшой оазис с дикорастущими фруктами и корнями тростника был. Я решил немного добыть зрелых ягод и фруктов, дополнив их небольшим количеством тростника. Очевидно, местных знали об этом месте, но давненько сюда не заглядывали. Пока я работал, бубня под нос какой-то весёлый мотивчик, сердце тревожно забилось и взвыла интуиция. Аккуратно остановился и стал осматриваться, вслушиваясь в тишину вокруг. Оказалось, не зря.
Вой, похожий на хохот, прозвучал совсем недалеко от меня и две гиены, а это были именно они, вышли из кустов и зло уставились на меня. Бешено вспоминал всё, что знаю о гиенах. Живут стаями, злые, любят количеством атаковать, жрут много и практически любое мясо. Взгляд устремился на расковыристое дерево и уже спустя мгновение я с копьём взлетал на него, пятку успела обнюхать одна из хищниц. Зубы клацнули в неумелом прыжке, благо, не достав до меня.
И вот он я, венец природы, человек, старшее млекопитающее в пищевой цепочке на планете Земля, сижу свесив ноги с ветки. В двух метрах от меня хохочут уже пять гиен, около десятка их молодняка, килограмм на 10–15 кружатся вокруг пробуя на зуб корни успешно подвернувшегося дерева. Ещё и дерево такое странное, с колючками на ветках, благо сам ствол и крупные ветки без них, иначе совсем жопа была бы. Хотя и сейчас не сказать, чтобы лучше.
Одна из гиен позарилась на сложенные фрукты, пожевала их, фыркнула, отрыгнув всё проглоченное на собранную кучу. Скотина охреневшая. Попытался достать их копьём — гадина увернулась и клацнула по наконечнику зубами. Следующие пол часа я провёл в раздумьях, а загнавшие на дерево дичь гиены оставив парочку часовых решили вздремнуть. Мне бы веревку. Со вздохом, пришлось снимать штаны, благо они были очень прочные, разрезанные на лоскуты кинжалом. Связал между собой в веревку, проверил. Они без проблем удерживали мой вес. К копью, к сожалению, приделать никак не получалось мою веревку, пришлось использовать кинжал. Благо рукоятка в виде змеи с открытой пастью оставляла много мест для обвязывания. Плюс повезло просунуть между рукояткой и лезвием ткань штанов, так как там были небольшие пазы, для ловли кинжала противника. Ну или за чем-то ещё, я же для себя выдвинул именно эту теорию. Оценив свою работу, сделал ряд финальных подёргиваний кинжалом и приступил к реализации своего плана.
О метании кинжалов я знал не так уж много, но успел попрактиковаться пару раз. Жаль, навыка, соответствующего не взял, хотя он имелся у ребят в отряде. Обмотав конец пятиметровой верёвки вокруг запястья, чтобы не потерять свой ключик к свободе, я недолго думая кинул в вожака стаи — самую здоровую из гиен, что дрыхла пузом кверху на кочке. Результат был выше всяких похвал, хоть я и не попал куда планировал. Ведомый силой инерции кинжал задев лапу проскочил мимо и уткнулся в землю и наглая хищница, взвизгнув и даже захрюкав начала бегать и метаться, не понимая откуда пришла боль. За ней как в карусели стали бегать все остальные товарки и я зло ухмыляясь начал подтягивать кинжал к себе.
Шло время, я, сыпля проклятьями, раз за разом пытался попасть в снующих и скачущих гиен, половина из них уже имели раны и держались подальше, вне радиуса моей «стрельбы». Остальные зло скалились и пытались запрыгнуть и вскарабкаться на дерево, чем значительно упрощали мне задачу. Солнце взошло в зенит, когда я удачно метнул кинжал, смертельно ранил первую, молодую хищницу. В этот самый момент ещё одна охотница накинулась на кинжал и схватила зубами верёвку. Пришло резко отпускать её, чтобы не порвала находящийся в натяжении мой путь к спасению. Замотав головой с кинжалом в зубах, она не рассчитала и полоснула по морде соседку, старавшуюся помочь уничтожить опасность. Та заскулила и убежала, а ранившая её дура получила в подставившийся бок моё копьё.
— Почти как на рыбалке с дядей Сашей. — на мгновение мелькнул отрывок памяти из детства, но я быстро отогнал наваждение
