<p>«Опаснее свирепейшего зверя…»</p><p><emphasis>Перевод А. Ибрагимова</emphasis></p>Опаснее свирепейшего зверя,не поддающееся прирученью,чудовище железное менянаметилось схватить огромной пастью.Как балерина, легконог,как мотылек, недолговечен,я пританцовываю осторожно,от гибели пытаясь ускользнуть.И вдруг с небес гранитно-серыхна мрачный прах земнойлучи — потоком.Сиянье вдалекеструит воспоминаньяо ком-то светлом, милом сердцу —таком далеком.<p>«Над мокрой мостовою…»</p><p><emphasis>Перевод А. Ибрагимова</emphasis></p>Над мокрой мостовою — солнце.Избитые до синяков, —как ни оспаривай бесспорное, — украдкоймы радуемся передышке краткой,и наши души, наши костяки,изломанные сапогами,целует золотистое сиянье.Быть может, скоро наши костякинапишут имя гневной Немезиды,погибнувшей от пули в Шарпевиле.Пока же на устах, смиривших гордость, —безмолвие тоски.Мы благодарны передышке краткой —и солнцу этому — над мокрою брусчаткой.<p>Обслуживание в южноафриканском стиле</p><p>Только для небелых</p><p><emphasis>Перевод А. Ибрагимова</emphasis></p>1Девица зауряднейшего видас невыразительными мелкими чертамии похотливинкой в глазахвзирает с царственным презреньемна вшивое мое существованьеи, с томной неохотой изъявивсвое согласье — даже нос картошкойвнезапную точеность обретает —продать мне несколько почтовых марок,губами сморщенными старого хрычаподсчитывает медяки, ворча.2Еще ни разу чай, что подают в буфете,не возбуждал во мне подобной жажды.Глумятся надо мною расписанья,со свистом пробегают поезда;и здесь, в прибежище бессилья моего,часы нашептывают мне: «Будь стоек!Терпи, пока тебя обслужит наглость!»О мысли, полные отравы, перестаньтетянуть свое унылое анданте.<p>«С обычной шумихой…»</p><p><emphasis>Перевод А. Ибрагимова</emphasis></p>С обычной шумихой приходит осень в эти края.Словно старушечий, голос ее визглив.Золотые, с каштановыми прожилками,пряди ее волосразвеваются над дубами,осветляя их нервную зелень;полное затаенной страсти,порывистое дыханье еесладостно разливается в утреннем воздухе,пронизанном жаждою обладанья —и смерти.<p>Эрозия: Транскей<a l:href="#n_387" type="note">[387]</a></p><p><emphasis>Перевод А. Ибрагимова</emphasis></p>Шрамы, стонущие под покрывалом зеленым,беззвучно рыдающие кровавые ранымолят об утолении жажды;жизнь по множеству русл устремляется к морю.Земля моя дорогая, раскрытая передо мною,истерзанная и послушная воле моей;по горным уступам карабкается проворномое восхищенье, а гнев извергает потоки,дымящиеся любовью и болью;прекрасные смуглой своей наготой, в покое обманчивомк неведомым горизонтам убегают пространство и время,томясь ожиданьем дождя.<p>Ночной город</p><p><emphasis>Перевод А. Ибрагимова</emphasis></p>
