Небо птицамибольно режется,Как ножом.Царь Небесный былтоже беженцемИ бомжом…Все мы беженцыВ жизни временной.Посмотри:Шар земной,Как животбеременной —Нефть внутри.Поле серое.Небо синее.Сын в руках.Те же земли:Египет, Сирия.Тот же страх.ВзрывомсолнечнымпокалеченныйСпит восток.Мы сбегаемНа небо вечноеТочно в срок.Бог с гвоздямив рукахдля Запада —первый враг.«Пусть висит онв России лапотной.Там же мрак.Дикий ветертам, нам неведомый,И медведь!» —Бывший ангелТак проповедовал.Блогер ведь.Разродитсявойна погостамиВ наши дни.Что за времяприходит?Господи!Намекни!Все мы беженцыНеумелые.Все мы голь.Ждут нас в небеКибитки белые,Хлеб да соль.Арамейский глаголПо-пушкинскиЖжёт сердца.Пётр с АндреемИисуса слушаютБез конца.«Я — Россия,На эти пажитиВывел вас.Но ведь вы от меняоткажетесьВ чёрный час.Накидает за тополушки вамМелкий бес.Я — Россия,Земля Царь-Пушкина,Соль небес!»И шумит у любвипод окнамиБожий сад.Пётр с АндреемГлазами мокрымиВ нём блестят.Вбей, малыш,в переводчик«Яндекса»Стих простой:«Я вернусь.Человече,радуйся!Бог с тобой».<p>«За столетие до финала…»</p>За столетие до финала,Заглянув в ледяную даль,Человечество закопалоДанный Богом ему рояль.Вместо масок надев улыбкиИ привычно бродя по дну,Мы посыпали пеплом скрипки,Но молитву твердим одну:Обесточь уже пилорамуИ туманом зашторь простор!Мир так хочет обратно в маму,В золотистый свой физраствор.Чтоб размокнуть травою в чане,Соскоблив всех догадок блеск.Чтоб не слово, а лишь урчаньеИли только от вёсел плеск.Он весны исчерпал запасы,Наш до-после-военный мир.И оплыл, как кусок пластмассы,Цифровой потребляя жир.Превратили мы в камни ноты,Разбросали их по земле.И спасаемся от икоты,Завершая парад-алле.Только, Господи, скоро-скоро,Обожжённый твоей весной,Я уйду, я сбегу из хора,Чтобы голос подать иной:Мой единственный композитор —Ветер, ветер! Гуляй, реви!Я прильну к тебе, так чтоб свитерЗагорелся вдруг от любвиНа московском асфальте прямо,В переулках среди колец.Чтобы вновь волноваться, мама,Отдаляя любой конец.<p>«Земному шару напекло висок…»</p>
