Поэзия (Учебник) полностью

^{Из цикла «[9/2/2007]»}

^{ТАКЖЕ СМ.:}

^{Афанасий Фет (2.1),}

^{Саша Черный (4),}

^{Георгий Адамович (6.5),}

^{Алексей Апухтин (11.2),}

^{Алексей Порвин (7.1),}

^{Борис Пастернак (7.2.3),}

^{Гавриил Державин (10.1),}

^{Александр Блок (12.3),}

^{Гавриил Державин (13),}

^{Иосиф Бродский (16.2; 18.2.4),}

^{Николай Языков (18.2.6),}

^{Николай Заболоцкий (18.2.6),}

^{Николай Звягинцев (22.2).}

Несмотря на то, что каждый поэтический текст «обращен», «адресован», неправильно было бы утверждать, что поэт имеет в виду какого-то конкретного читателя или круг читателей. Внешний адресат, в отличие от внутреннего, существует скорее как определенная цель, а не как конкретная аудитория. В поэзии вообще отсутствует ориентация на определенную целевую аудиторию. Иными словами, нельзя сказать, какого возраста, пола, профессии адресат поэтического текста, какова его социальная или национальная принадлежность. Целевая адресация присутствует только в прикладной поэзии (рекламной, детской, агитационной и т. д.) и, в меньшей мере, в переводной поэзии (переводчик, как правило, задумывается, кто будет читать его перевод).

Проблема наличия/отсутствия читательской аудитории и ее состава во многом историческая. Принято считать, например, что у русскоязычных парижских поэтов 1930-х годов и у некоторых поэтов советского времени (например, у обэриутов[12]) читателя вообще не было и в основном они читали друг друга.

Внешний читатель при создании поэтического текста может вообще не приниматься во внимание, но при этом поэзию все-таки читают, хотя почти во все времена поэты и читатели не были удовлетворены друг другом. Поэты говорили о неподготовленности читателя, а читатели, в свою очередь, всегда жаловались на то, что современная им поэзия трудна и непонятна. Еще в пушкинские времена русские поэты отрицали, что читатель-современник может быть адресатом их произведений: «Читателя найду в потомстве я», — писал, например, Евгений Баратынский.