Да, говорят, что это нужно было… И был для хищных гарпий страшный корм, и тело медленно теряло силы, и укачал, смиряя, хлороформ.И кровь моя текла, не усыхая — не радостно, не так, как в прошлый раз, и после наш смущенный глаз не радовала колыбель пустая.Вновь, по-язычески, за жизнь своих детей приносим человеческие жертвы. А Ты, о Господи, Ты не встаешь из мертвых на этот хруст младенческих костей! [346]Елена Фанайлова, 1962 ***Жить, как улитка, хочу, в вате хочу,Дряблое тело храня,Будто в футляре стеклярусовомЕлочный шарик лежит,И отстала бы жизнь от меня,Трепетавшая в воздухе пламенном, ярусами.В бархатном нежном футляре хочу засыпать,Будто забытая вещь, театральная штучка,Бусинка либо перчатка.Буду с тобой разговаривать по ночамПо телефону во сне, сиять.Хитрая стала, тихая, полюбила молчать,Тонкостенные, хрупкие вещи в папиросной бумаге хранить, охранять.Пиромания, пиротехника, flash.Испепеляющий огонь. [320]Данила Давыдов, 1977 ***я прыгало плакало елопока не насытилось всёпрости меня милое телотебя вертолет не спасетон скоро сюда доберетсяон сбросит фамилию, поли сердце которое бьетсяв аптечке как пленный глагол [103]Сергей Соловьев, 1959 ***Отойди в сторону, девочка,я попробую это сказать, думает он,я попытаюсь за нас двоих.Нет нас двоих, эти слова не делятся на два.Видимо, нужно и мне отойти в сторону, освободить поле,пусть постоит под паром.Не так близко, думает она,хоть немножко пусть бы он отошел в сторону…Где ж она, та сторона, думает он, следы повсюду.Те — сейцы, а эти — жгут.Не клубок — колобок катится по лабиринту.Колобок-минотавр, в нем ты, обкатывайся.Рудно тебе, дитя.Прекрасное — трудно, говорили твои ровесники.Красное дно, не утешишь.Дьявол к глазу прильнул; болен он, воин зренья, один в поле.Трупно в груди, грудно.Рдеет, пыль из просветов прет,форточки мнутся,ласточки плинтус рвут — горлом, крича, как змеи.Кровь в тебе, девочка, та же берложит,лапу в сердце обмакивает, смокчет.Боже струится — бездонный еще — в зеркалах.Отойди, говоришь.Отдели свет от тьмы, тьму от женщины, след от крови.Был одним — заискрилось,стал другим — рассвело,вышел третий из двух — покачнулось, на пальцах повисло.Сколько нас по краям этой тайны —пойди обойди их, прижатых к себе, по карнизу.Скользко нас по краям. [296]ТАКЖЕ СМ.:
Инна Лиснянская (6.2),
Ксения Чарыева (10.3).
<p>6.4. Социальная идентичность</p>В русской поэзии именно этот вид идентичности, видимо, выражен наиболее отчетливо. Уже литература XVIII века сочинялась людьми разного социального происхождения, однако их объединял общий поэтический язык и общий набор образцовых авторов. Поэтому поэзия выходца из крестьян Ломоносова с точки зрения социальной идентичности ничем не отличалась от поэзии потомственного дворянина Сумарокова.
