Слова Карлоса задели Энни. Она всегда была ответственным и собранным человеком, но происшествие сегодняшнего утра немного сбило ее с толку. После того, как у нее на глазах мистер Грин отправил в командировку к главе правительства страны ее коллегу Луи, а не ее, она слегка расклеилась. Позвонить в аэропорт и договориться о съемке Энни даже в голову не пришло. Да еще и Карлос, который всегда был таким заботливым, добрым и милым, почему-то вдруг стал разговаривать с ней, как со скрягой женой, которая только и знает, что целыми днями пилит несчастного мужа, и вот он, наконец, решил выступить, сказать свое веское слово. Внезапно у Энни навернулись слезы на глазах.
— Это что еще такое? Прекрати срочно, к нам сейчас подойдут из администрации аэропорта, а у тебя глаза на мокром месте.
— Считаешь, что я ничтожество, что мне нечего делать в журналистике, что я возомнила из себя незнамо кого? Я просто хочу, чтобы меня уважали и понимали. Я в этой стране совершенно одна, ты не представляешь себе, каково это постоянно просыпаться в пустой постели и засыпать никому не нужной все в той же пустой постели. Я стараюсь изо всех сил - встаю чуть свет, прихожу на работу раньше всех, работаю допоздна, между прочим, офис на сигнализацию каждый день сдаю я, можешь посмотреть в учетной книге у охраны здания. Там сплошь мои автографы. Я все свое время посвящаю работе, но так и остаюсь на задворках. Ты - мой единственный друг в этом городе, в этой стране, поэтому от тебя слышать подобное просто невыносимо.
После этих слов Энни повернулась спиной к Карлосу, стесняясь своих эмоций и пытаясь вытереть рукой слезы, скопившиеся в уголках глаз и уже грозившие потечь по щекам.
— Прости, я погорячился, - виновато ответил Карлос. - Я не хотел тебя обидеть.
Он явно не ожидал подобного поворота событий, поэтому даже не понимал, как ему следует себя вести. В один миг эта девочка показалась Карлосу одновременно очень сильной и безумно слабой, нуждающейся в заботе и защите. Он и не представлял, как на самом деле она одинока, пока не услышал этот крик души, который, не смотря на все отчаяние своего обладателя, звучал довольно уверено. Карлос знал, Энни продолжит идти к своей цели, что бы ей это ни стоило, она добьется успеха, но сейчас ей нужна поддержка.
— Иди сюда.
Он обнял ее за плечи и развернул к себе.
— Все будет хорошо, прости меня, я не считаю тебя ничтожеством, ты одна из самых сильных и умных людей, кого я знаю. У тебя все получится, сейчас просто временные трудности, они бывают у всех. Жизнь - это зебра: черные полосы сменяются белыми, вот увидишь.
Глаза Энни, намокшие от слез, жалостливо посмотрели на него снизу вверх, затем Карлос прижал ее к своей груди и погладил по голове.
"Какой он сильный", - подумала Энни и прижалась к нему немного сильнее.
"Какая она хрупкая", - подумал Карлос и нежно поцеловал ее в лоб.
— Ну, все, успокоилась? - Карлос улыбнулся хлюпающей носом Энни и убрал волосы с ее лица, слегка растрепавшиеся во время объятий. - Я угощу тебя ужином, чтобы ты меня простила. Договорились?
— И ты прости меня.
— За что?
— За то, что заставила тебя все это выслушивать. Иногда человеку необходимо выпустить наружу весь накопленный негатив. Знаешь, мне стало гораздо легче.
— Вот и замечательно. Кстати, кажется, это за нами.
К Энни и Карлосу подошла молодая девушка в строгом костюме и модных очках.
— "ИТВ"? - спросила она и стоящие перед ней журналисты дружно кивнули. - Вам нельзя здесь находиться, вы не согласовали свой визит с нами.
— Простите, можно узнать ваше имя, - спросила Энни. - Мы видели у входа других журналистов, и знаем, что они здесь снимают свои сюжеты. Мы бы хотели тоже сделать репортаж из аэропорта об отмене рейсов. Что нам нужно сделать для этого?
— Вообще, вам необходимо получить аккредитацию - направить запрос руководству аэропорта, написать список вопросов, которые планируете задавать, после чего получить разрешение на съемку или отказ.
— Но ведь это займет без малого два дня, зная, как работают все ваши службы, к тому же, ситуация экстренная, а не плановая съемка.
— Именно поэтому сегодня мы делаем для журналистов исключение, поскольку понимаем, что вызванный аварией ажиотаж очень быстро переходит в фазу массовых волнений. Мы хотим успокоить наших граждан и согласны дать вам интервью, правда, на наших условиях.
— Это на каких же?
— Мы не будем нагнетать панику, а, напротив, успокоим людей, объясним, что сложившаяся ситуация - временное явление, и что скоро все вновь заработает.
— Хорошо. Вы позволите нам поговорить с пассажирами, ожидающими рейсы?
— Я отведу вас в зал ожидания, но могу выделить вам лишь десять минут времени, по истечению которого служба охраны попросит вас удалиться.
— Хорошо. Можем мы прямо сейчас записать интервью с вами? Кстати, вы так и не представились.
— Мария Лус, я представляю службу по связям с общественностью. Я готова ответить на ваши вопросы, надеюсь, что мы поняли друг друга.
Карлос достал камеру, а Энни подключила микрофон, соображая, как лучше построить вопросы.
— Готовы? - спросил Карлос.
