Дом встретил меня сумраком и неожиданной прохладой. Я застыла у двери каменным изваянием, отчего-то боясь подать голос, чтобы привлечь к себе внимание. Пройти дальше я тоже не решалась, потому что хозяин этого дома был хозяином судьбы Дамиана, и мне не хотелось рассердить его неучтивым поступком. Хотелось позвать мужа, но язык не поворачивался. Казалось, если я произнесу его имя, то здесь его точно не окажется. Наконец я тряхнула головой, отгоняя всякие глупые страхи, и произнесла на местном языке одно из нескольких слов, которые знала:
– Здравствуйте.
Где-то в глубине дома послышались шаги. Ко мне направлялся какой-то человек. Шел он уверенно и легко. Мое сердце вдруг пустилось в сумасшедший галоп. И когда еще не видимый человек был совсем рядом, я закричала:
– Дамиан!
Шаги замерли, но вскоре возобновились – неуверенные и медленные, осторожные. Он вышел ко мне и застыл, глядя на меня ошеломленным, даже испуганным взглядом черных, как безлунная ночь, глаз. Дамиан зажмурился, помотал головой, затем открыл глаза и протер их.
– Ада?! – словно все еще не веря тому, что видит меня, спросил мой супруг.
У меня не было сил ответить, я лишь кивнула и сипло произнесла:
– Нашла.
– Ты… ты искала меня? – он все еще стоял на том же месте и с недоверием глядел на меня. – Ада! – неожиданно вскрикнул Дамиан и шагнул ко мне.
Голова вдруг закружилась, и в глазах начало темнеть. Я растерянно улыбнулась, рванула ворот рубашки и тяжело осела на пол, жадно хватая ртом воздух и вытирая тыльной стороной ладони неприятный липкий пот. Дамиан опустился на колени, еще одно долгое мгновение глядел на меня и порывисто обнял, прижимаясь щекой к моей щеке.
– Бабочка, моя бабочка… – бесконечно повторял супруг, зарываясь пальцами мне в волосы. – Всевышний, – голос его прервался, и Дамиан чуть отстранился, жадно вглядываясь в мое лицо.
– Воды, – хрипло попросила я, чувствуя, что вот-вот потеряю сознание.
Дамиан подхватил меня на руки и отнес в маленькую комнатку, где положил на кушетку. Быстро ушел куда-то, а когда вернулся, в руке его был стакан, наполненный водой. Он помог мне напиться и сел, перетягивая к себе на колени.
– Ангелок, – в дверях появился Самель.
– Я здесь, – отозвалась я.
Голос прозвучал все еще слабо, но великан услышал. Он прошел дальше, остановился на пороге комнаты и посмотрел на нас с Дамианом.
– Нашла, стало быть, – произнес он.
– Кто это? – Дамиан посмотрел на меня, ожидая ответа.
– Мой добрый друг, у меня теперь много друзей, – усмехнулась я, все еще находясь в какой-то прострации. – Самель, попросите, пожалуйста, зайти господина Даэля. – Затем посмотрела на Дамиана. Моя ладонь потянулась к его гладко выбритой щеке. Мой муж выглядел совсем здоровым, на лице его не лежала печать измождения и жизненных тягот. Он оставался все таким же умопомрачительно красивым.
Дамиан перехватил мою ладонь и прижался к ней губами. Он с такой жадностью рассматривал меня, что я почувствовала вдруг неловкость и дикое чувство вины, потому что вспомнила, как на меня смотрел другой мужчина, – даже сейчас я не могла забыть о капитане Лоете. В голове все еще звучал его прощальный шепот, и сердце отзывалось на него жгучей болью. Зажмурившись, я порывисто обняла супруга, пряча свои позорные чувства. В этот момент снова открылась дверь, и вошел боцман. Он посмотрел на Дамиана и вежливо поклонился.
– Мое почтение, господин Литин, долго же мы вас искали. Мое имя Нартан Даэль. Где я могу видеть вашего хозяина и обговорить с ним условия вашего выкупа?
Дамиан с нескрываемым изумлением слушал боцмана, затем неуверенно кивнул в ответ.
– Добрый день, – сказал мой муж. – Выкуп? Ах, – он улыбнулся и покачал головой. – Я совершенно свободен. Акрам сказал мне это сразу, как только я пришел в сознание на постоялом дворе на Лаифе. Он полностью исцелил меня и сделал своим учеником и помощником…
– Свободен? – Даэль нахмурился. – То есть все это время?
– Да, – улыбнулся Дамиан.
– Свободен, – прошептала я и впилась пристальным взглядом в супруга.
Мне вдруг захотелось оказаться на воздухе, чтобы прийти в себя от услышанного.
– Ада, – Дамиан не позволил мне слезть с его колен, сильней прижимая меня к себе. – Что тебя так расстроило? Да, Акрам – добрый человек, и он купил меня, потому что пожалел. Если бы не он, я бы так и подох на невольничьем рынке.
Значит, когда он взошел на корабль, отправляясь со своим спасителем в Хаддису, он уже был свободен… Но… но, Всевышний, Дамиан даже не удосужился передать о себе весть, зная, что на острове присутствуют представители нашего королевства! Получается, он не задумался о том, что в Маринеле его оплакиваю я, а в Льено – родители, не постарался предупредить нас о том, что жив, куда отправляется и где его искать. Кровь бросилась мне в голову, дыхание вновь сбилось, и все никак не удавалось осознать, как легко мой муж отказался от меня.
– Ада, – позвал меня Дамиан. – Тебе дурно, Ада? Что так встревожило тебя?
