– Ты не вернулся домой, – срывающимся голосом произнесла я. – Ты был свободен еще на Лаифе и не спешил вернуться, зная, что я… – Гнев все более овладевал мной. – Зная, что я осталась там и должна оплакивать тебя, ты спокойно отправился сюда. Даже не отправил весточку о себе!
Дамиан на мгновение отвернулся. Но вскоре снова смотрел на меня, продолжая крепко сжимать в объятьях.
– Акрам – пожилой человек. Он был добр ко мне, и я не мог отказать ему, когда он попросил стать его учеником и помощником. Он вернул мне жизнь, и я был ему обязан. Благородные люди отдают долги, бабочка, – ответил Дамиан.
Долги? А как же я?! Как же клятвы, произнесенные у алтаря? Как же все те обещания, которые он давал мне, пока был рядом? Никогда не оставлю, не предам… Верь мне… Я зло рассмеялась и поймала взгляд Дамиана.
– А долг перед супругой? – спросила я. – Ты хотя бы помнил обо мне?
– Не было дня, чтобы я не вспоминал тебя, – мой супруг ласково погладил меня по щеке и прижался к губам.
О, да! Это то, чем я должна была утешать себя целый год, пока меня не признали бы вдовой, – воспоминаниями! Всевышний, мой муж отказался от меня из благодарности перед другим человеком. И ради чего были все мои слезы, когда я проводила бессонные ночи, ожидая известей о нем, ради чего я едва не была обесчещена мерзавцем Фостом, когда поверила, что он поможет мне вернуть мужа? Ради чего я преодолела столько препятствий и прошла через всё, что уготовила мне в этой гонке судьба? Лишь для того, чтобы узнать, что мой муж без сожалений оставил меня?!
– Если господин Литин отправляется с нами в обратный путь, то мы ждем вас, Ангелок. Не думаю, что имеет смысл задерживаться дольше, – прервал мои терзания Даэль.
Он вышел, а я посмотрела на Дамиана. Мне сейчас так много хотелось ему сказать, но никак не удавалось справиться с душившей меня обидой.
– Почему они называют тебя Ангелок? – спросил он, будто не замечая того, что творилось со мной.
– Потому что я стала одной из них, и это мое прозвище, – сухо ответила я.
– А кто они? – Дамиан посмотрел в сторону двери.
– Пираты, – усмехнувшись, ответила я. – Славные парни с брига «Счастливчик».
Глаза супруга вновь расширились, и он не без возмущения спросил:
– Ты связалась с пиратами? Ада, это же неразумно…
Очередной взрыв язвительного хохота мне удалось удержать. Я тряхнула волосами и ответила:
– Когда мы сошли на берег, нас было двенадцать человек, не считая тригарского лекаря. До Хаддисы нас дошло восемь… семеро. Лекарь отправился по своим делам, капитан Лоет, – я ненадолго замолчала, убирая дрожь из голоса, – он на рассвете отправился назад. Остальные погибли, Дамиан. Погибли, сопровождая меня к тебе. Мы столько пережили с ними вместе, что я не желаю слышать пренебрежительного тона. Несколько месяцев они были моей семьей, защищали мою жизнь и мою честь. Тем более королевские офицеры оказались… – договаривать я не стала. – Только пираты согласились помочь мне. К дьяволу, Дамиан! – глаза супруга, казалось, теперь так и останутся навечно увеличенными. – Ты свободен, я тебе больше не нужна, и я даже не знаю, спрашивать ли тебя о возвращении.
– Ты нужна мне! – возмущенно воскликнул Дамиан, и я все-таки хохотнула.
Нужна! Я оттолкнула его руки и слезла с колен супруга. Не так я видела нашу встречу. В начале пути мне казалось, что я покрою его изможденное лицо поцелуями и буду долго баюкать на своей груди, заливаясь слезами счастья. Потом, когда я уверилась, что с ним всё не так плохо, как сказали Вэй и Бонг, я все равно ждала, что мое сердце разорвется от счастья, когда я его увижу. Потом я уже не знала, какой встречи жду. А теперь мое лицо пылает от гнева. После его слов окончательно выгорело волнение, оставляя после себя лишь пепел и противный осадок осознания того, что все мои переживания и метания, борьба с собой и упрямое желание спасти близкого мне человека – все это было зря! Мой истеричный смех затопил маленькое пространство комнаты, где мы находились. Оборвало его прикосновение Дамиана. Он обнял меня за плечи и прижал спиной к своей груди.
– Ты многое пережила, да, бабочка? – тихо спросил он. – Ты не сдалась на волю судьбы, а отправилась искать меня. И ты еще спрашиваешь, хочу ли я вернуться? Разве могу я не понять, какое сокровище мне когда-то подарило небо?
