Включив на кухне свет, я принялся себя изучать. Кроме шуток, на коже имелся заживший шрам от давнего пореза – белая полоса, пересекающая линии жизни и судьбы наглой толстой гусеницей. След, которого вчера не существовало совсем. Блин, на ягодицах обнаружились пятна синяков, к которым я не мог прикоснуться. Ну и в довершение всего на щеке кровила свежая царапина. И, ёлки-моталки, я хорошо знал, когда и где её заполучил. Во время боя с Мечеными длиннолапая тварь, смесь богомола и гориллы, сумела-таки пробить защиту. Лишь в самый последний момент мне удалось увернуться и вместо отрезанной башки дело ограничилось царапиной.
Я залез в аптечку и смазал царапину йодом. Потом осторожно прошёлся по синякам специальным гелем. Стало значительно легче, но вопрос «Какого хрена?» так никуда и не делся. Мои сновидения настойчиво лезли в реальный мир, и чем дальше, тем назойливее становились проникновения.
Спрятав медикаменты, я в некоторой задумчивости натянул спортивный костюм и вышел из квартиры. Лишь садясь в лифт, вспомнил, что собирался отменить пробежку в связи с форс-мажором состояния организма. Так или иначе, но возвращаться было бы глупо, поэтому, прихрамывая на обе ноги, я отправился на стадион.
Как и вчера, на противоположной стороне меланхолично перебирала конечностями девушка в тёмной ветровке. Как ни странно, но, начав бежать, я ощутил, что боль отступает, сменяясь бодростью и приливом сил. Удалось даже преодолеть целых пять кругов, а на турнике, к собственной гордости, подтянуться аж десять раз. Спрыгнув, обнаружил рядом коллегу по несчастью. Она глубоко дышала и разводила руки в стороны.
– Доброе утро, – поздоровался я, направляясь к лавке.
Капюшон коротко кивнул. На том приветствие и закончилось. Впрочем, чего обижаться? Люди сюда приходят делом заниматься, а не языком трепать.
Когда я вернулся домой, Оксана готовила кофе и задумчиво рассматривала тюбик с йодом. А, я его на столе забыл. Исцарапанная физиономия жену убила наповал. Впрочем, ненадолго. Она демонстративно хлопнула себя по лбу и ехидно ухмыльнулась:
– Тот гвоздь, под обоями. Ты его так и не вытащил? – Когда я пожал плечами, супруга кивнула: – Когда-нибудь проснёшься без глаза.
Мы выпили кофе, и я начал одеваться, собираясь на работу. Ксюха стояла в дверях и рассматривала меня. Потом подошла и провела ладонью по животу.
– Стал хорошо выглядеть. – Она подняла голову. – Для кого?
– Исключительно для тебя. – Было заметно, что мне не поверили. Да и то, скажи правду – всё равно не поверят. Я поцеловал жену в лоб. – У такой красивой женщины муж должен соответствовать. – Этим я окончательно поставил её в тупик.
Комплименты собственной жене делать вроде как-то глупо. Или так только считается? Почему иногда так сложно просто сказать: «У тебя классная причёска» или «Офигенная попа»? Почему, если это касается других женщин, то подобная ерунда сыплется, как из дырявого мешка, а дома – точно язык в заднице?
– У тебя – классная попа, – сказал я у самой двери и поцеловал Оксану в кончик носа. – Заводит. – И ушёл, оставив супругу стоять с открытым ртом.
Настроение от этого почему-то улучшилось так, что хотелось подпрыгивать. Даже пасмурные физиономии соседей по вагону воспринимались как-то по-другому. От нечего делать я начал придумывать каждому приключения в волшебном мире Страны. Вон тот толстяк наверняка торговец чародейской лавки, а тот гопарь в кепке сторожит путников на большаке с собственной бандой. А та девица с заспанной физиономией – разносчица пива в трактире и что есть силы лупит каждого, кто ущипнёт её за попу.
А вон тот старикан…
Чёрт, да это же тот, из сна!
Расталкивая соседей, я сорвался с места и попытался добраться до дедугана. Сомнений не было, хотя у этого вместо клочковатых зарослей была аккуратная клиновидная бородка и костюм-тройка, а не заношенный грязный плащ.
Меня материли, толкали локтями, и кто-то даже угрожал начистить физиономию. Самое обидное, что все усилия пропали втуне: пока я пробивал человеческую стену, поезд остановился на станции, и старик исчез, точно его и не существовало. Тяжело дыша, я злобно посмотрел вслед толпе, бредущей в сторону эскалатора, плюнул и полез обратно в вагон.
Творилась натуральная хрень. Ранения переходили из сна в явь, а люди из видения появлялись в реальном мире. Ну да, а ещё я успел посмотреть аж четвёртую часть ночного сериала. А эта дикая полуявь-полусон, в которой я барахтался сегодня утром? Я уже вообще потерялся, на каком свете нахожусь!
Весь день я пытался свести воедино те концы, которые торчали из непонятного клубка, но они упрямо вырывались из рук и больно хлестали по лбу. Это я к тому, что башка разболелась немилосердно, так что пришлось идти в медчасть и просить таблетку. Медсестра сделала запись в журнале, поинтересовалась причиной появления царапины на роже, померила давление и сообщила, что вид у меня болезненный, хотя все показатели в норме.
