Выдав последний тезис, Аврора почувствовала себя выдохнувшейся и примолкла. Слушатели тоже притихли, находясь под сильным впечатлением. Пауза затянулась. Наконец, шеф подал голос:
– У тебя всё?
– Нууу… мало, конечно, так ещё время не пошло…
Другой собеседник снова включился в разговор:
– Сколько времени вам нужно, чтобы отрисовать всё то, что вы сейчас рассказали?
– Не знаю, как пойдет…
– Аврора, не кокетничай! – строго перебил Антон Сергеевич. – За неделю постарайся хоть что-то сделать для наглядности.
– Ладно.
– Хорошо, тогда я жду от вас через неделю эскизы ваших идей, – отчеканил ставший мгновенно сухим и жёстким незнакомый голос.
– Были бы деньги! А то, как только дойдет до дела, так начнётся урезание бюджета. И вместо того, чтобы делать красиво, будем отвечать на вечные вопросы «сколько стоит»! – заворчала Аврора, обидевшись на приказной тон.
– Деньги будут, были бы идеи достойны того, чтобы их оплачивали.
– Сказать легко, пока заранее нет представлений о реальной стоимости креатива, – продолжала ворчать Кострова, не желая уступать самоуверенному голосу.
– Я готов оплатить самые сумасшедшие идеи, только сделайте это здорово, так, чтобы дух захватывало от неожиданности! Полёт фантазии, запредельную мысль! А я уж за ценой не постою – профинансирую любой материал или что вам там понадобится.
– Ладно, попробую, – промычала Аврора неожиданно покладисто, вдруг вспомнив, о корпоративной этике дизайнера.
И они попрощались. Кострова опустила телефон на пол и снова повернулась на бок, удобно устраиваясь и засыпая. Весь разговор тут же вылетел из головы, кровать опять закачалась на волнах и поплыла куда-то в сторону, увлекая за собой уставшую от фонтанирующего креатива Аврору.
*
Дарья включила громкую музыку и принялась тормошить сонную подругу.
– Аврошка, подъём!
Кострова улыбнулась своему школьному прозвищу и сладко потянулась, не открывая глаза, растягивая миг прощания со снами. В голове мелькали какие-то обрывки странных картинок фантастических помещений, ярких, мерцающих и текучих. Не фокусируясь, они наоборот выцветали и таяли от неминуемого пробуждения и осмысления реальности.
Аврора приоткрыла веки и глянула на Дашу. Та сидела на краю дивана и периодически подёргивала бывшую одноклассницу за ногу, добиваясь от неё вменяемости. Вечерняя боевая раскраска с ресниц сползла под слегка припухшие нижние веки, несимметрично размазанная, сделав сразу Дашку смешной и нелепой. Ещё вчера такая стильная и элегантная стрижка превратилась в торчащие клочьями в разные стороны перепутанные перья волос, словно Дашка всю ночь напропалую своей головой что-то ковыряла и рыла.
Королёва снова дёрнула подругу за ногу и прогудела:
– Ну, вставай, мне без тебя скучно!
– Эх, жизнь! С самого утра не дают покоя! За ногу из койки тащат! – заныла Аврора и попыталась натянуть на подбородок одеяло. Дашка тут же потащила его к себе, вынуждая Кострову сеть и окончательно проснуться.
– Чего ты подскочила в такую рань? – недовольно спросила Аврора, одёргивая майку и спуская ноги на пол.
– Ничего себе «рань»! Шестой час уже! Вечер почти!
– Сколько? – нахмурилась Аврора. – Что, серьёзно?
– Пять двадцать, – отрапортовала Дарья, взглянув на большие настенные часы.
Аврора тоже обернулась к часам и убедилась, что Дашка не пошутила.
– Вот блин… Мне же на работу надо было, – расстроено запричитала она, вставая с дивана и нашаривая тапки.
– Проспали мы с тобой свою работу сегодня, – вяло констатировала Королёва и отправилась на кухню варить кофе. – Пошли завтракать.
– Завтракать, – передразнила Аврора. – В полшестого нормальные люди уже ужинать садятся!
– Можешь сразу и поужинать, если тебе так больше нравится, – согласилась подруга, гремя посудой и включая воду.
Аврора долго принимала душ, стараясь справиться с похмельем, поливая себя то ледяной водой, то нестерпимо горячими струями. Но эта экзекуция мало помогла. Со свинцовой головой она выползла из ванной и обречённо опустилась на стул, приготовившись терпеть своё разбитое состояние весь оставшийся день.
Даша достала из холодильника большую банку с рассолом и налила две кружки. Одну поставила перед Авророй, а ко второй тут же жадно приложилась сама, и выпила почти залпом. Затем выудила из банки огурец и смачно его откусила. Аврора послушно придвинула кружку, глянула в мутноватую легкую зелень спасительной жидкости и маленькими глотками стала пить. Почти сразу почувствовала себя лучше. Дашка молча протянула ей закуску, и она с удовольствием захрустела пупырчатым огурчиком.
Жизнь стала налаживаться. После кофе прорезалось чувство голода. А после сытной еды похмельный синдром отступил, не в силах конкурировать с общепринятыми контрмерами в извечной борьбе с перепитием накануне. И нечаянный прогул больше не казался катастрофой в начале трудовой деятельности. Теперь это выглядело, как лёгкое недоразумение, акклиматизация.
