Владислав сел и послушно укутал плечи в мягкое большое полотенце. Кожа и правда как-то сразу неприятно отозвалась шершавым покалыванием. Чтобы избавиться от этого ощущения, Шуманский поднялся и отправился в воду. В море сразу стало легко, про кожу моментально забылось, тело окутала живительная влага, тёплая, ласковая, шелковистая. Вода с готовностью приняла его, любовно укрыла от знойных лучей, проникая во все поры его распаренного ошалевшего от безделья тела. Он глубоко вдохнул соленый запах моря и медленно поплыл. Сначала просто попадая в ритм еле заметного движения волны, потом увлекаясь, всё больше и больше набирая силу и скорость, перешёл в хороший спортивный брасс.
Потом они ели потрясающе вкусный шашлык из парной свинины и запивали его настоящим домашним грузинским вином, изготовленным по старинному семейному рецепту дедом Нодара. Солнечные лучи просеивались через густую ажурную листву над их головами и давали только свет, не выжигая прохладу.
Они много разговаривали, разгоряченные отдыхом, морем и винным букетом, спорили о главном в жизни и второстепенном для мужчины. Философствовали и просто наслаждались приятной компанией и природой. Шуманский расслабленно кивал, соглашаясь с каждым тостом все больше и больше с ораторами и всё больше и больше любя своих новых друзей – Нодара, Игоря и Андрея.
Владислав чувствовал себя каким-то обновлённым, омытым стихией бескрайнего моря, цепляющегося за призрачный горизонт и ускользающего за него. И мысли Шуманского также точно наплывали на тонкую размытую линию горизонта и утекали за неё плавно, спокойно, мягко.
– Влад, а ты не хочешь у нас закрепиться? – выдернул Шуманского из лёгкой прострации голос свежеприобретённого друга Нодара.
– А что, есть интересные предложения? – машинально задал вопрос Шуманский, скорее автоматически, чем реально интересуясь ответом.
– Да есть. Например, бывший мощный санаторий, в прошлом очень популярная всесоюзная здравница. Теперь он полностью пришёл в упадок, зарос, брошен и никому не нужен. У государства денег на него нет, а у частников – желания возиться нет. Сломать его полностью не дадут – сталинский ампир, понимаешь-ли, историческая ценность архитектуры, вписанной в окружающий ландшафт, да и сам парк там… грандиозный. Так что у тех, у кого есть деньги это выкупить – нет ни желания, ни понимания, что и как с ним можно сделать дальше. А те, кто понимает и мог бы… У тех просто нет денег.
В Шуманском вдруг включился бизнесмен:
– А что, так много он стоит?
Нодар пожал плечами:
– В цифрах я не знаю, но земли там много, место хорошее и архитектура правда когда-то была очень красивой, особенно в окружении пальм и магнолий.
– Да там только земли одной не меньше гектара будет! А это земли, которые вообще не продаются, здесь же начало Кавказского заповедника – можно только в аренду брать на 50 лет максимум, – уточнил Андрей.
– То есть, по факту, аренда – это уже дешевле? – тут же начал подсчитывать экономист в Шуманском.
– Ну, да, – уверенно заговорил Андрей. – Если всё правильно оформить и вообще начать действовать через администрацию города или даже края… То, возможно, получится всё перевести в такие рамки, что сам факт покупки старого разрушенного санатория в целях его реконструкции и возвращения былой славы, престижа… обойдется в итоге во вполне вменяемую сумму…
К концу августа Владислав Шуманский оформил право собственности на этот заброшенный оздоровительный комплекс с красивым названием «Чайка».
Владислав Андреевич купил этот отечественный пережиток, служивший статусным манящим символом состоятельности и социального успеха, руководствуясь смешанными чувствами. Ностальгией по канувшим в лету идейным советским временам и желанием прибрать к рукам лакомый кусок огромного бесхозного хозяйства.
5.
После оформления всех документов и получения права собственности, Шуманский обратился в известную московскую архитектурную фирму и заказал проект реконструкции своего нового приобретения. Директор компании «Строй-Дизайн», Гришков, недолго думая, отправил в командировку на юг Аврору Кострову, которая сама была родом как раз из этого города. Справедливо полагая, что ей будет проще ориентироваться в местном климате, и понимать нюансы строительства в южных широтах, где пять месяцев в году – лето, а остальное – осень или весна – кому, как больше нравится.
И вот теперь для рядовой сотрудницы большого архитектурного бюро, Авроры Костровой, началось неожиданное путешествие к морю.
