— Блядь, ты можешь заткнуться? Ты мешаешь! Значит, сначала два раза налево… То есть направо, потом налево, следом…
— Интересно, а как слово хулахуп на английском языке будет? Hoolahuup? Или, может, HuilaHup?! А поймут ли они крутость этого слова на русском, то есть на СССРском. А может, у них есть другие крутые слова?
— Так всё, в пизду, в такой обстановке думать невозможно. Идём налево!
— Ты сказал, направо? Всё идём! — обрадовался я.
— Петя, сука, как ты из психушки-то сбежал? Мику, ну скажи ему!
Мы синхронно повернулись к третьему члену нашего поискового отряда, которая в присутствии меня немного терялась со своей говорливостью, а в последнее время и вовсе предпочитала молчать. Она покраснела, осознав, что её голос станет решающим в нашем с Васей противостоянии, куда нам стоит идти.
— Я это… Слушай, Петь, ты не подумай, мне нравятся твои истории, но я правда думаю, что нам нужно повернуть налево! Твои истории мы можем не только здесь послушать. В музыкальном клубе ты можешь хоть целый день истории рассказывать! Нет, честно-честно, мы их с радостью выслушаем!
— Говори за себя, — буркнул Василий с лицом, как будто только что сожрал тухлый помидор. — Я если и выслушаю, то явно без радости.
— Предательница! Ладно, идём налево! — скривился я. Против Мику я не пойду. — Мне, что ли, истории нужны?
Я повернул налево и повёл за собой остальную компанию.
— Нет, Петь, я не имела в виду… — Мику начала оправдываться.
— Мику, расслабься, я шучу, — остановил её я.
Очень часто та воспринимала многие мои высказывания всерьёз, а то и вообще близко к сердцу. А воспринимать меня всерьёз — это действительно опасно для здоровья, так что мне периодически приходилось обращать внимание, что я не всерьёз, а шучу. Неприятно. Однако эта неприятность явно стоила общения с Мику, лучшей девушкой в… Хм-м… Статистически нельзя точно сказать, так что остановлюсь на более романтическом варианте. На планете. Хотя и инопланетяне вряд ли лучше неё, тогда уже в Галактике… Но я ведь не знаю, в какой Галактике живут пришельцы… Мне определённо надо было мои размышления вести вслух. Остальным требуются звуки моего голоса! В следующий раз я не допущу этого прокола!
— Почему мы вообще решили, что Шурик скрывается именно тут? — решил скрасить непривычное молчание я.
— Невероятно! Ты молчал в течении сорока одной секунды, новый рекорд, — выдал Василий свой, как обычно, ненужный и никчёмный комментарий.
— Показания Электроника, — ответила Мику. — Он сказал, что Шурик потопал в старый лагерь, а там люк.
— Ну и что? Электроник на то и Электроник чтобы… Э-э-э… Искриться! Не знаю, при чём тут это, но ладно, в общем, в эти подземелья есть всего два входа, правильно?
— Ещё та дыра, в которую ты умудрился свалиться, — вновь доказал свою умственную неполноценность Василий. — Ещё и выбираться не хотел. Сказал, что специально решил упасть.
— Но я ведь действительно упал туда специально!
Нет, я провалился туда, потому что засмотрелся на Мику, а не следил за дорогой. Дебил, что сказать.
— И всё же, мы уходим от темы, значит, три входа. Дыра, люк и лагерь. Дыра вела в то же бомбоубежище, через которое прошли мы. То есть люк и дыра — это, можно сказать, один путь. Дверь бомбоубежища была плотно закрыта.
— Пока кто-то не ударил её ногой со словами «Смотрите, как могу!» — буркнуло глупое существо, по ошибке названное человеком.
— Я специально целился по петлям двери, и этот приём был нужен для того, чтобы открыть нам путь!
Нет, я просто пытался впечатлить Мику. Кто же знал, что дверь реально сломается и упадёт на пол?
— В общем. Раз дверь была закрыта, то Шурик через неё пробраться не мог. Он её вряд ли обратно вставил с другой стороны, правильно? Значит и тут он оказаться тоже не мог, — сделал вывод я. — Так что. Разворачиваемся!
Никто по моей команде не развернулся. Даже я. Всё же эти долгие поиски Шурика немного сказались на мне, я утомился, но выходить из шахты, чтобы искать очкозавра где-то ещё, не желал. К слову, несмотря на усталость, громко и быстро говорить всякую фигню я не прекратил, но двигался крайне лениво и неохотно. Впрочем, остальным я старался это не показывать.
— Ты забыл про проход в лагере, — Василий лениво прошёлся руками по стенам туннеля. В результате соприкосновения выходил неприятный скрип.
— Но там решётка. Которую наша любимая вожатая ломать не захотела, — напомнил я. — Тут как с дверью в бомбоубежище, чтобы попасть в катакомбы через наш лагерь, он должен был сломать решётку, а она была прибита. Вывод? Вывод — наш Шурик здесь оказаться не мог. Я вам…
— Кто здесь?! — раздался где-то вдалеке голос Шурика.
— …Зуб даю.
Вот сука! Специально ведь ждал, чтобы голос свой подать, скотина!
Мику засмеялась над глупостью ситуации — разумеется, не надо мной, а над глупой ситуацией.
— Кажется, ваша логика дала трещину, Шерлок, — радостно схохмил Василий.
— Иди в жопу, Ватсон, — деликатно парировал я.
— Мальчики, не ругайтесь, мы же уже дошли! — заметила Мику и жалобно на меня посмотрела.