Новый выброс дыма на башенке, снаряд плюхнулся возле носа, промахнувшись лишь на пару метров. Олег уже высчитал, что скорость перезарядки вражеского орудия около двух минут. Если ничего не изменится, то следующий попадёт почти наверняка — противник неплохо пристрелялся. В этот момент трирема на полном ходу налетела на мель.
С дистанции в двести метров это выглядело не слишком эффектно — просто судно внезапно остановилось, чуть накренившись на левый борт. Ни треска, ни грохота, даже за борт никто не свалился. Впрочем, неудивительно, ведь дно песчаное. Будь под ним камни, с кораблём можно попрощаться, но — увы. Однако сняться с мели будет непросто: это не лёгкий «Арго» и даже не «Варяг». В лучшем случае провозятся несколько часов, а если дело дойдёт до разгрузки, понадобится не меньше суток.
Облегченно вздохнув, Олег повернулся к команде лучников и расчёту баллисты, напряжённо всматривающихся в сторону врага:
— Всё! Считайте, что мы победили.
Радостные крики поддержали гребцы, понявшие, что спасены — от дружных воплей над плавнями взмыли стаи потревоженных птиц. Монгу, бросив весло, выскочил на палубу, спеша отвесить в сторону врага несколько неприличных жестов — присутствие Риты его вовсе не смущало. Даже Аня, позабыв об угрозе мужа, высунулась из трюма, посмотреть на причину радостного переполоха.
Олег ничего этого не видел. Стоя на корме, он смотрел назад, на грозную трирему, не представлявшую сейчас ни малейшей опасности. Даже грозное орудие больше не страшило — расстояние быстро увеличивалось, ведь течению реки помогали восемь пар вёсел. Позади пылающим костром дрейфовало подожжённое судно, над лагерем хайтов всё ещё тянулась тоненькая струйка дыма, уцелевшие агрессоры, скорее всего, ловили землян, разбежавшихся при нападении по округе. Кого-то они наверняка поймают, но не всех, далеко не всех. Возможно, сняв корабль с мели, попытаются преследовать «Варяга». Но к тому моменту он будет очень далеко и успеет добраться до посёлка. Разыскать его на просторах Фреоны невозможно — это не купеческие суда, которые можно без проблем ловить на в́олоке. Да и вряд ли они продолжат рейд по человеческим землям: за эти дни им не раз пускали кровь, всё же должны понять, что с такими силами здесь делать нечего.
На этот раз земляне спаслись. Насчёт победы Олег погорячился: они просто отвесили триреме оплеуху — хайты гораздо сильнее. Сегодня люди узнали о них много нового: никто не предполагал, что враг обладает столь грозными речными крейсерами, вся флотилия островитян в сравнении с ними ничто — один такой корабль разметает её без труда. Наверняка подобных судов у них немного, иначе люди давно бы о них услышали. Но это не принципиально — даже одинокий дредноут непобедим, землянам пока нечего ему противопоставить.
Но Олега новое знание не напугало — очередные сложности, не более того. Ничего, люди и не то преодолевали, и с этим тоже справятся. У них есть знание, и есть умелые руки, чтобы это знание воплотить в конкретные вещи — смертоносные вещи. Наступит время, и они схватятся с врагом на равных, или даже его превзойдут.
И он постарается, чтобы это время настало поскорее.
Конец второй книги.
Любой муравейник, несмотря на внешнюю неказистость конструкции, одно из совершеннейших инженерных сооружений. Человеческие постройки пока и близко не подошли к подобному уровню. Наши дома принудительно отапливаются, вентилируются, вода, газ, электричество доставляются с помощью громоздкой инфраструктуры, с ее же помощью удаляются отходы. Безмозглые насекомые прекрасно обходятся без всего этого, поддерживая в своем жилище постоянный, удобный для них микроклимат, и не озадачиваются экологическими проблемами.
С другой стороны, хоть человечество и не умеет создавать подобные архитектурные чудеса, уничтожать их оно способно с превеликой легкостью. Можно ногами растоптать конус и вылить в потревоженный рой ведро кипятка. Можно вместо кипятка применить бензин и спички. Можно кислоту. Можно использовать армейский огнемет. Можно подорвать муравейник тротилом. Можно использовать артиллерию. Атомная бомба гарантированно уничтожит все муравейники на приличной площади. При взрыве термоядерной бомбы эта площадь окажется гораздо больше. А если на поверхности планеты равномерно распределить термоядерные заряды и одновременно их подорвать, то вся биосфера может погибнуть, а вместе с ней погибнут и все муравейники.
