- Да что мы… как всегда. Вот, Миле спасибо, - обернувшись к скромно стоящей в углу девушке, сказала мама. – Разыскала тебя и сюда перевезла, в лучшую клинику устроила – не знаю даже, сколько все это стоить будет. Но это она сама тебе расскажет. Что я тут переводчиком работать буду. У тебя серьезное ранение – часть легкого удалена. Но к счастью, пуля прошла мимо сердца. Тебя же чуть не из морга в больницу доставили – думали, что мертв поначалу, но при повторном осмотре пульс прощупали… Господи, сколько мы за тебя переживали! Отец сам все проверял, сказал, что есть все шансы, что очнешься. Все зависело от того, была ли остановка сердца и насколько долгая, если была. Но что я… поговори с Милой. Мне на работу нужно – я ведь уже уходила, когда ты вдруг застонал. Ты только выздоравливай!
- Выздоровею! Теперь никуда не денусь, - сын старался не разочаровывать родительницу и отпустить ее от себя в хорошем настроении.
Только когда дверь за мамой закрылась, Мила позволила себе подойти к кровати и коснуться его руки.
- Ну, здравствуй, возвращенец! – мягко улыбнулась она. – Кажется, мама тебе все новости рсообщила, не знаю даже, что и добавить…
- Ты скажи, как умудрилась разыскать меня в Питере?
- Наверно и не нашла бы, если бы не твой мобильник. Когда ты не появился на игре, я начала названивать, но телефон молчал, а поздно вечером мне ответил чужой голос и стал интересоваться, кто я такая и по какому поводу звоню. Это был сотрудник милиции. Ваши тела обнаружила девочка, гуляющая возле дачи. Ксению не удалось спасти… ее уже похоронили. Ты слишком долго был в коме, - Мила все тише произносила тяжелые слова.
- Да, знаю: восемь дней, - грустно признал Влад. – Но не все так плохо…
- Откуда ты знаешь? Никто ведь не успел сказать тебе, сколько времени прошло, - удивилась девушка.
- Я много чего знаю, - пошутил Влад. – Только боюсь, не запихнули бы меня из-за этих знаний в психушку… Лучше объясни, как я здесь оказался?
- Араик Георгиевич…
- Понятно – опять не стерпел издевательств над его любимым маркером?
- Что-то вроде этого, - кивнула девушка. - Устроил тебя в эту клинику и оплатил все лечение вперед.
- М-да, дела… - задумался Влад, как бы втолковать Миле мысль, что он опять уйдет в неизвестность на долгий срок. – Слушай, хоть ты не смейся! Я ведь серьезно этому доктору сказал: даже и не пытайтесь меня будить еще два дня. Просто лечите тело – не давайте мышцам атрофироваться, а ранам загнить. А потом я вернусь – обещаю!
- Странный ты... если и отключишься – куда ж мы денемся? Будем за тобой ухаживать. А врачам все равно, лишь бы зарплата шла…
Было видно, что Мила хочет сказать что-то большее, но никак не решается. Поэтому Влад попытался прояснить ситуацию:
- Милая Мила, если ты думаешь, что все еще обязана мне тем, что я помог тебе найти хорошее место работы, то знай: ты уже дважды оплатила по всем счетам. Пойми, того Влада, что был когда-то свободным маркером, больше нет, и он никогда не вернется. Вместо уверенного и обеспеченного денди будет поврежденный телом и умом выродок, которого вряд ли будут сильно интересовать земные утехи…
- Такому инвалиду тем более понадобится защита и уход, - усмехнулась девушка и, тряхнув своей великолепной гривой черных волос, обиженно закончила. – Только не думай, что кто-то тут навязывает свою дружбу. Если я тебе неприятна…
С этими словами девушка встала. Влад не мог отпустить ее с обидой в душе и в попытке ее остановить приподнялся в постели:
- Мила, я никогда… - но не смог договорить, так как от неожиданной перегрузки сознание снова закрыл полог беспамятства...
Он стоял на краю обрыва, смотря в пропасть и словно намериваясь совершить безумный прыжок. Еще один шаг и скрытая в туманной дымке бездна примет его в свои объятия. Но страха не было, только упоение предстоящим полетом, да еще какая-то бешенная решимость толкала его вперед.
- Арх! – послышался знакомый клекот сзади. – Может, лучше останешься?
Он обернулся и взглянул на девушку, зависшую на нижних ветвях огромной сивы. Ее сильное, изумительно гибкое тело растянулось, словно в полете, обнажив тонкие перепонки за руками. Невольно залюбовавшись этим изящным творением природы, Арх ворчливо ответил:
- Хоть бы постеснялась, сестра! Парни могут увидеть. Накинь на себя что-нибудь.
- Много ты в полете на себя надеваешь! – насмешливо отозвалась молодая диала. – Да и нет тут никого вокруг, сам ведь знаешь.
Она права - это окраина владений их семьи, и чужим сюда доступа нет. И пока сестра не вышла замуж, она может позволить себе что угодно, конечно, в пределах разумного. Ему было понятно и то, почему она просила брата остаться, и именно поэтому он беспрекословно отклонил эту мысль:
- Лети домой, а я должен защищать тебя и всю нашу семью от чужаков.
- Ты же знаешь, что они не желают нам зла…
- Сейчас не желают, а завтра… Зачем они пришли на наши земли? Я буду спать спокойно, только когда их здесь не будет.
- Ты же знаешь, - настойчиво повторила диала. - Они бежали от катастрофы, надвигающейся на их мир. Неужели тебе не жаль женщин и детей?
