- И уснувший в чужой инкарнации… - кивнула девушка и, прижавшись щекой к руке Влада, призналась. – Я не знаю что делать.
- А я знаю! Вызовем сюда Судью, и пусть все нам объяснит. Уж он-то должен знать, что тут к чему. Но давай, проведем этот вечер и ночь вдвоем, а уж с утра…
- Хорошо, я согласна, - с нескрываемым облегчением кивнула Ксюша.
Больше они ни о чем таком не говорили, стараясь прожить каждую минуту отведенного самим себе времени и позволяя себе только прогулки, купания и обычную домашнюю суету. Все вокруг было будто создано для того чтобы забыть о проблемах и предаться отдыху. Но даже в этой прекрасной иллюзии они не могли скрыться от течения времени. Пусть внешний ход событий и остановился, но их собственные ощущения и переживания упорно развивались. И к утру отчаянное решение созрело в их душах: будь что будет, но они выяснят все о себе и этом мире!
Они опять уселись в креслах на лужайке, греясь в лучах утреннего солнца. Перед ними стояло еще одно, пустое сиденье. Влад чувствовал, как напряжена Ксюша, да и сам заметно нервничал. Но отступать было некуда, ведь жить с этим грузом неизвестности еще тяжелей.
- Приготовься, на секунду тебе может стать плохо. Мы на мгновение окажемся в общем потоке времени, чтобы впустить Судью, - пояснила Ксюша.
Влад кивнул и молча вцепился в подлокотники. Но ничего страшного не произошло: мир только «крутануло» перед глазами, и все стало на место. Пограничник с любопытством смотрел на небольшого человека, шагающего к ним с опушки леса. Что-то в нем было знакомым: то ли рука, засунутая в карман жилетки, то ли кепка, то ли подпрыгивающая походка. Но когда гость приблизился к ним, Влад округлившимися глазами оглянулся в немом вопросе на хихикающую Ксюшу. Сообразив по ее хитрому взгляду, что хозяйка иллюзии приложила к этому свою ласковую ручку, пограничник, не скрывая улыбки, приветственно махнул гостю.
- С добгым утром, товагищи! – стянул с головы кепку гость и, вытерев ей сверкающую лысину, заметил. – Какие у нас пгоблемы текущего момента? Можно начинать доклад – кворум пленума в полном составе.
- Ладно. Хватит тебе, - вовсю смеялась Ксюша, а Влад продолжал дивиться шустрости ожившего вождя пролетариата, агрессивно тычущего острой бородкой вперед.
- А зачем меня шутом рядить? – наконец вышел из роли гость и позволил себе рассмеяться.
- Но ты же сам не хочешь принимать никакого определенного облика, вот я и придумала, чтобы повеселиться.
- Хорошо, еще Фредди Крюгера не вспомнила! – кивнул Влад, оценивая происходящий спектакль. – Значит, Вы и есть тот незнакомец, что первым встретил меня после смерти?
- Почему после смерти? – не согласился гость. – Твое тело требует хозяина, залежавшись на больничной койке. Но ты прав – это снова я. И кстати, давай на «ты».
- Хорошо, - решил перейти прямо к делу пограничник. – Тогда, надеюсь, ты сможешь объяснить некоторые неясности, которые возникли у нас.
- Для этого я здесь, - кивнул разом посерьезневший вождь мирового пролетариата. – Что вас интересует?
- У меня два вопроса: для чего была затеяна вся эта возня вокруг меня, и насколько Ксения может вернуть себе память о своем прежнем воплощении… или сущности… то есть той, кем была она до инкарнации, - с трудом сформулировал свою мысль Влад.
- Понятно… - произнес Судья и с задумчивым видом очень по-человечески плюхнулся на свободный стул. – А узнать о том, кто я, вам не хочется?
- Ну, это необязательно, если только представишься, как воспитанный человек.
- Это Судье трудно сделать, - улыбнулась Ксюша. – Ведь он не человек. И у меня еще один дополнительный вопрос: откуда взялась в моей иллюзии парящая в воздухе глыба?
Маленький человек с нескрываемым удивлением взглянул на девушку и, качнув головой, произнес:
- Это моя вина. Значит, я вместе с минимальными необходимыми знаниями об астрале зацепил какие-то воспоминания о прошлой жизни. Признаюсь, мы с Ксенией одного поля ягоды – порождения одного реала, только я, в отличие от нее, никогда не жил на Земле. Чтобы вам понять, что произошло, я расскажу небольшую историю…
Когда-то, совсем в другом реале иной Вселенной, построенной на других основополагающих иллюзиях, родилась совсем нечеловеческая девочка. Она была красива и умна по тамошним меркам и прожила прекрасную жизнь, заслужив уважение окружающих. Да, те живые существа тоже двуполы – ведь в единстве противоположностей, или как еще у вас говорят: Инь и Ян, заложено все разнообразие и развитие иллюзий – общий закон диалектики верен, как для реала, так и для астрала. Надо сказать, что в понимании мира то общество было более продвинуто, чем на Земле. Но дело даже не в этом, а в том, что после смерти эта женщина хорошо чувствовала свое предназначение.
