Максим Калашников в конце 1992 года был участником первого Конгресса русских общин. В Москву всего через год после крушения СССР съехались делегаты новоиспеченной диаспоры из Прибалтики, Средней Азии, Украины и Закавказья. Они почти кричали: «Помогите! Не бросайте нас!». Они говорили, что Россия по прежнему сильна, что она обладает мощными рычагами защиты русских в новых «банановых республиках» СНГ. Я до сих пор помню их речи. Один предлагал обуздывать антирусские настроения новых этнократов, угрожая завернуть «газовый кран». Другой – предлагал вести экономические отношения с новыми «странами» только через русскую диаспору, поддерживая кредитами русские фирмы.
Это говорилось тринадцать лет назад! И с тех пор – ничего. Тогда мы еще не знали, что «российская элита» бросит миллионы русских в пасти самостийных режимов ради того, чтобы увлеченно делить собственность, бюджетные бабки, экспортные квоты и «нефтегазовые доллары». Калашников на всю жизнь запомнит, как принес статью о русских общинах в «Мегаполис-Экспресс» – и как замглавного редактора Моргун ее забраковал. Сказал, что выглядит статья патриотически. С тех пор минули годы, и вот теперь мы пожинаем горькие плоды бездействия.
РФ не имела и не имеет никакой политики в отношении «ближней» диаспоры. Она безразлична к судьбе русских за «бело-сине-красными» пределами. Она сама разрушает Русский мир, выталкивая русские общины в чужие цивилизации. Она не может заставить власти других государств и международные организации соблюдать права русских людей. Для нынешней «бело-сине-красной» Москвы русская диаспора – это не соотечественники, а постылая обуза, ненужное наследство.
И неудивительно потому, что все большая часть русских на постсоветском пространстве связывают свою судьбу с западной и восточными цивилизациями.
Они учатся жить в мире без России…
Отказавшиеся от русскости
Но это – русские в «новом зарубежье». А как быть с теми, кто живет на «настоящей» чужбине, на Западе? С теми, кто покинул Родину в силу разных обстоятельств?
Они тоже выбирают мир без России.
Мы не считаем этих эмигрантов сплошь смердяковыми или бывшими гитлеровскими полицаями. Многие из них уехали, ибо не смогли найти себе места в родной стране. Кто-то просто спасал жизни своих близких, чего уж там греха таить. Потенциально эта диаспора – мощное подспорье развития страны. Но только не для нынешней Москвы. И не для нынешней диаспоры.
Есть очень любопытное исследование Жанны Зайончковской «Миграция в дальнее зарубежье». Она очень убедительно показывает, что диаспора решительно рвет связи с родиной. Нет, сохраняются ее связи с друзьями и родственниками, «ушельцы» даже интересуются игрой любимых футбольных команд, покупают русские книги и фильмы – но не более того. Россия для них стала заграницей. Эмигрант превращается в гражданина страны, в которой живет. И не надо утешать себя: русские и русскоязычные общины не складываются в сильные сплоченные группировки, а растворяются в местном населении. Так происходит везде, где русских много – в США, Германии, Финляндии. Пожалуй, единственным исключением стала … русскоязычная община Израиля, сумевшая занять серьезные позиции в политической, научно-технической и военной сферах.
Велика ли эмиграция русских и русскоязычных в дальнее зарубежье? Хотя Россия никогда не была страной с массовым оттоком населения за кордон, с 1861 по 1915 год из империи уехали 4,3 миллиона душ. Две трети эмигрантов отправились в Америку. Из числа тех, кто покинул страну в первые пятнадцать лет ХХ века – уже четыре пятых (из 2,6 миллионов). Однако большая часть эмигрировала из Белоруссии, с Украины, Польши и еврейской черты оседлости. Здесь преобладали евреи, украинцы и белорусы.
