– Анна! – выдохнула подруга с благодарной улыбкой, как будто я ее спасла от неминуемой гибели.
Мальчишки смерили меня взглядами, после чего на лице первого парня промелькнула догадка, а затем настороженность.
– Моя подруга – Анна, – представила меня Луиза.
Я наклонилась и прошептала ей на ухо, решив, что мои шансы с парнем, который меня еще не узнал, выше:
– Я хочу склеить того, что справа. Или ты уже сказала: «Чур он мой»?
Я задала риторический вопрос. Луиза была полна решимости дождаться свадьбы, чтобы испытать первый поцелуй.
– Он француз, – выпалила она.
Вот и объяснение тому, почему он не представлял, кто я такая.
Я одарила его очаровательной улыбкой.
– Ты из Франции? – спросила я по-французски.
Улыбка стала шире.
– Да, из Парижа. Я здесь, чтобы улучшить английский.
– Какое совпадение. Я ищу человека, который поможет мне улучшить французский.
Поцелуй…
Парень улыбнулся, как будто прочитал мои мысли. Его звали Мори́с. Я рассказала ухажеру о будущей поездке в Париж. Мы погрузились в разговор. Он часто касался моей руки, потом его глаза метнулись к моим губам. В общем, все шло в правильном направлении.
– Как насчет того, чтобы выйти ненадолго на улицу? Мне нужен свежий воздух. – И я опять наклонилась к Луизе: – Если увидишь Сантино, передай ему, что не можешь меня найти.
Она покачала головой и предупреждающе посмотрела на меня:
– Не делай глупости.
– Не буду, – ответила я с усмешкой.
Мы с Морисом вышли на задний двор особняка. На улице было тепло, и я чувствовала жар, проникающий сквозь подошвы моей обуви, когда мы пересекали дорогую мраморную плитку, окружающую бассейн. Музыка была оглушающей. Я удивилась, что никто из соседей еще не вызвал полицию. Либо их подкупили, либо связь Кларка с Синдикатом имела свои последствия.
Морис повел меня в укромную часть огромной территории, рядом с прудом, окруженным несколькими высокими деревьями. На берегу пруда стояла скамейка.
Мы с Морисом устроились на ней, соприкоснувшись ногами. Еще немного поболтали, но я уже сообразила, что парень думал о другом. Его взгляд был практически прикован к моим губам.
Краем глаза заметила, как Сантино вышел на крыльцо. Я не была уверена, что он увидит нас, ведь эта часть заднего двора оказалась не столь ярко освещена, как остальная.
Но он нас найдет. В конце концов, его работа – защищать дочь дона.
Я захлопала ресницами, уставившись на Мориса, и закусила нижнюю губу. Он не нуждался в повторном приглашении. Одной рукой парень обнял мою спину, а другой обхватил голову и поцеловал.
Он не мешкал, как Клиффорд, поцелуй был гораздо приятнее. Конечно, он не мог сравниться с поцелуем Сантино. Но мне понравилось. Здорово отплатить Сантино тем же.
Морис скользнул ладонью по моей спине, задержавшись на пояснице. Наш поцелуй стал глубже. Мое тело не ожило так, как с Сантино, однако я верила, что через некоторое время это случится.
Внезапно Морис отстранился. Потребовалось время, чтобы понять причину. Поцелуй Мориса фактически заставил меня забыть обо всем.
Но Морис был уже сброшен на землю, а Сантино навис над ним.
Парень выругался по-французски, поднялся на ноги и бросился на Сантино. Мои глаза расширились. Плохая идея.
Через минуту Сантино снова положил Мориса на землю – лицом вниз.
Колено Сантино вдавилось в спину парня, и выражение его лица говорило о том, что он хотел сломать бедняге позвоночник.
– Сантино, – начала я. – Морис не знает, кто я.
Улыбка Сантино источала такой холод, что у меня по коже пробежали мурашки.
– Может, тебе следует намекать парням, что они рискуют своей жизнью, прикасаясь к тебе и уж тем более целуя.
– Отвали! – прорычал Морис по-английски.
Сантино вдавил колено сильнее в спину, Морис застонал от боли.
– Ты ее парень?
– Телохранитель, – быстро ответила я и шагнула к ним. Я схватила Сантино за плечо, чувствуя, как его мышцы напрягаются под подушечками пальцем. – Сантино.
Мужчина выпрямился и наконец отпустил Мориса, который тотчас вскочил и предусмотрительно отошел в сторону.
– Телохранитель? Ты знаменита?
Сантино усмехнулся.
– Она принцесса мафии, держись подальше от нее, если только не хочешь, чтобы я сломал тебе позвоночник.
Морис, похоже, решил, что Сантино шутит, но взглянул на мое виноватое лицо, и его глаза округлились.
Он покачал головой, выплеснув череду французских ругательств, самым мягким из которых было:
– Вы, американцы, совершенно чокнутые. – И ушел, не прибавив ни слова.
Сантино взял меня за руку и поволок прочь, но не на вечеринку, а к подъездной дорожке.
– Что ты делаешь? Еще даже не полночь! Я не поздравила Клиффорда!
– Если ты думаешь, что я останусь на вечеринке еще на секунду, чтобы посмотреть, как ты предлагаешь Клиффорду себя в качестве подарка на день рождения, то ошибаешься. Если ты считаешь, что общение с похотливыми мальчиками-подростками – способ меня разозлить, то ты меня не знаешь.
– По твоим критериям, мне, вероятно, нужно соблазнить Кларка-старшего. Я никогда не паду так низко, как ты, Сантино.
– Подожди немного. Учитывая твое поведение за последние несколько недель, я бы сказал, что ты на правильном пути.
